Стюарт обыскал обмякшее тело. Оружия не оказалось. Дыхание возвращалось к Гриффиту с трудом.

– Это ведь пустяки по сравнению с тем, что ты сделал с доктором Ашрафом, – тихо произнес Стюарт. – Не правда ли?

Гриффит попытался заговорить, но это ему не удалось. Из глаз его текли слезы.

– Не спеши, – продолжил Стюарт. – У нас впереди целая ночь. – Он отошел и сел на кровать.

Гриффит кое‑как, хватаясь одной рукой за дверной косяк, поднялся, прислонился к стене. Вторая рука прижата к животу. Сквозь стиснутые зубы прорываются тихие стоны.

– Я вычислил вас, – сказал Стюарт. – Вы использовали меня как прикрытие для проникновения в торговое представительство Мощных на Рикоте. Вначале я думал, что Риза работает на «группу семь». Это выглядело правдоподобно. Но позже я понял, что дело обстоит иначе. Может быть, тебе нужна сигарета? Или еще что‑нибудь? Я не возражаю.

Гриффит наконец сумел втянуть в себя воздух, закрыл глаза.

– Боже мой, – простонал он.

– Ты слышишь меня, старина? – осведомился Стюарт. – Так вот, слушай дальше. Настоящий агент «группы семь» пробовал завербовать меня на Рикоте для выполнения того же задания. Его фамилия была Стойчко. Но кто‑то застрелил его. Тот, кто опасался, что Стойчко повезет. Я долго не мог догадаться, кто и зачем его убил. А потом понял; Риза. Я встретил ее в холле гостиницы, где жил Стойчко. Она навешала мне лапшу на уши. Мол, встретила своего старого дружка, потому и задержалась на «Чартере». Но я ни разу не видел ее приятеля. И мне стало ясно, что дело тут совсем в другом. Риза заметила, как Стойчко разговаривал со мной, и узнала его. Она догадалась, что он пытался завербовать меня. Не знала, правда, с какой целью. Поэтому Риза связалась со своим начальством, и ей приказали ликвидировать Стойчко. Должно быть, – усмехнулся Стюарт, – ты выплатил ей за это хорошую премию?

– Ты ошибаешься, парень, – заговорил наконец Гриффит, немного очухавшись. – Это всего лишь твои фантазии.

В Стюарте взметнулся смерч ярости.

– Не пудри мне мозги, падла! – отчеканил Стюарт, форсируя металл в голосе.

Почуяв опасность, Гриффит вновь замер.

– Мне еще не отшибло память! – Слова Стюарта били Гриффита, словно пули. – Я помню, как ты хреново чувствовал себя во Флагстаффе. И с каждым днем все хуже и хуже. Ты врал, что тебя замучили болезни. Это был абстинентный синдром! Отходняк из‑за отсутствия наркотика. У тебя тряслись руки, из носа текло. Все симптомы абстиненции. В твоем организме имеется В‑метка. Ты В‑наркоман.

Гриффита залила смертельная бледность. Его животный страх стал почти осязаем.

– Я… – начал было Гриффит.

– У тебя был ингалятор, – перебил Стюарт. – Я помню, как ты ходил с баллончиком в ванную и там включал воду, чтобы я не слышал шипение аэрозоли. Но гормоны Мощных при комнатной температуре неустойчивы. У тебя тогда был ингалятор старой модели, без встроенного холодильника. Поэтому вещество быстро распадалось. Представляю, как ты обрадовался, когда я наконец убрался из твоей квартиры. Больше не надо было бегать в ванную и включать воду.

– Господи, – Гриффит закрыл глаза ладонями, – почему?

– Это ты организовал мое соучастие. Ты отлично знал, что я из себя представляю. Ты знал, чему нас учили, на что мы способны. Ты знал, как манипулировать нами. Ты пытал доктора Ашрафа, чтобы выяснить у него, не изменился ли я и каковы мои планы. От него ты узнал, что я интересуюсь Альфой. Поэтому ты и сварганил ту видеозапись без изображения, чтобы запрограммировать меня.