Пассажир такси вновь взял рацию:

— «Бета» — всем. Он поднял винтовку.

Юра, сидевший в «трешке», обернулся к Лене:

— Студент, оставайся в машине и не высовывай носа, пока все не закончится. Сережа, держись за мной! — Он схватил пенальчик рации: — Ребята, время! Пошли!

В ту же секунду такси перекрыло выезд на Малую Дмитровку. Дверцы машины распахнулись. «Москвич», взревев двигателем, быстро покатил по стоянке к своему мокроасфальтовому собрату.

Арбалетчик краем глаза заметил какое-то движение у самого входа в сквер, повернул голову и увидел четверых мужчин, бегущих мимо памятника Пушкину. Впереди гигантскими прыжками мчался высокий парень в кожаной куртке, похожий на молодого Бельмондо. Он уже запустил руку за отворот модной «кожи». Молниеносное, отработанное до автоматизма движение, не раз уже показанное во множестве кинофильмов. Именно так выхватывают оружие, носимое в наплечной кобуре. Трое его спутников тоже на бегу тянулись за «пушками», одновременно глядя на Руденко, словно опасаясь, что тот подхватится враз и припустит рысью по Бульварному.

Улет задержал дыхание и плавно потянул спусковой крючок. Тихий хлопок выстрела скрыл шум моторов. Пуля прошила золотистую пелерину, сорвала лакированный кленовый лист, и тот закружился, опускаясь на разбухшую от воды землю.

Она бы, несомненно, попала в цель, если бы за долю секунды до выстрела Руденко не вскочил и не шарахнулся в сторону с грацией напуганного жеребца. Пуля прошла в нескольких сантиметрах над спинкой скамейки и врезалась в мрамор фонтана, брызнув мелким бурым крошевом.

Арбалетчик втянул голову в плечи, пригнулся и лихорадочно обернулся, определяя направление выстрела.

Юра на ходу гаркнул Сергею: «Займись им!» — и, одним прыжком перемахнув через скамейку, рванулся к серому «Москвичу».

Скорпион, едва заметив вбегавших в сквер оперативников, буркнул в крохотный микрофончик:

— «Волки».

Он еще раньше обратил внимание на мнущихся за спиной бородато-усатых «школяров», жрущих орехи, однако решил раньше времени не поднимать тревогу. Парни ведь вполне могли оказаться самыми что ни на есть настоящими студентами. Теперь же Скорпион быстро запустил руку под толстовку и рванул из-за пояса пистолет. Мощный, тупорылый «глок». Мгновение спустя оба «студентика» навалились со спины, явно намереваясь продемонстрировать пару классных приемчиков, скрутить его эдак в легкую, играючи, как учили на занятиях в МУРе или откуда уж они там. Да только ничего у ребятишек не вышло. Скорпион тоже был не лыком шит. Одним мощным рывком он стряхнул с себя обоих «студентов». Развернувшись вокруг оси, ударил бородатого ногой в грудь. Тот, широко разбросав руки, шлепнулся на задницу в обширную лужу и сразу потянулся за пистолетом, бормоча обиженно:

— Ах, тварь… гад… сука…

Не обращая на эти стенания ни малейшего внимания, Скорпион двинулся на второго «студента». Того, что «в усах». Оперативник на долю секунды замешкался, соображая, что же ему делать. Попытаться вытащить оружие? А вдруг не успеет? Или броситься смело врукопашную? «Нет, скорее все-таки врукопашную», — решил усатый и устремился в атаку. Скорпион остановился, выждал, пока тот окажется на расстоянии удара, и, нырком уйдя в сторону, врезал противнику под ребра. Усатый задохнулся, ломаясь пополам, и Скорпион получил прекрасную возможность поднести ему еще разок, коленом под усы. В сущности, бой, если, конечно, это можно было назвать столь громким словом, оказался пустяковым.