— А все-таки?

— Говорю же, ни в чем, — отрубила дочь, не оборачиваясь.

— Эй, посмотри на меня, — сказал Гектор, обходя кресло и становясь перед экраном.

Лидка подняла взгляд. В глазах у нее застыл вызов.

— Ну? И что дальше? — Иногда она становилась просто невыносимой.

— Я хочу знать, что произошло в мое отсутствие?

— Звонил Сергей. — Лидка отвела взгляд.

— Кто это?

— Мой парень.

— А-а-а, этот твой… вчерашний?

— Он не «этот твой», папа! Он — Сергей.

— Ясно. И что?

— Сегодня утром к нему приходили. — Лидка вдруг сникла, словно из нее выпустили воздух.

— Кто?

— Папа, ты что, издеваешься? — Девушка вскочила. — К нему приходили из милиции! Понятно теперь? Из милиции! И он им все рассказал!

— Ну и что дальше? — жестко спросил Гектор. Он не признавал отчаяния, покорного ожидания. Считал, что это приоритет слабых. — Что, конец света наступил, что ли? Великий Потоп начался? Что?

— Они придут за мной, папа, — шепотом сказала Лидка.

— Не придут, — отрубил Гектор.

Девушка встрепенулась и внимательно посмотрела ему в лицо:

— Папа, что случилось?

Похоже, они поменялись ролями.

— Ничего не случилось, — ответил Гектор. — Сегодня утром я ездил к одному человеку, моему старому приятелю. Он теперь большая шишка. Приятель при мне позвонил какому-то начальнику, тот проверил по своим каналам, и выяснилось, что мужчина этот, которого ты сбила, жив. У него парочка ушибов, но он жив. Мой приятель пообещал, что съездит в больницу, переговорит с этим человеком, заплатит ему деньги, поможет с лекарствами, ну и так далее. Короче говоря, дело скорее всего будет закрыто.

Врал Гектор неумело — сказывалось отсутствие опыта, — но зато щедро компенсировал сей недостаток фантастическим энтузиазмом. В целом же получалось очень даже неплохо. Он не думал о том, как станет оправдываться перед дочерью, если дело провалится и за ней все-таки придут. Нет, оно не могло провалиться.

Лидка продолжала вглядываться в лицо отца. Девушка, похоже, никак не могла поверить в чудесное разрешение проблемы. Надвигающийся ураган на деле оказался всего лишь мелким дождиком.

— Это правда? — Голос ее дрогнул.

— Чтоб я сдох, — со «штирлицевской» искренностью поклялся Гектор.

Лидка вдруг порывисто обняла его, заголосила:

— Спасибо, папочка! Я знала, что ты меня спасешь! Я знала, честно!

Гектор почувствовал: еще несколько секунд — и дело кончится потоком слез. Такими рыданиями, каких свет не видывал. И, возможно, обоюдными.

Он отодвинул дочь и, скрывая хрипотцу в горле, грубовато сказал:

— Ты вот чего… Лучше пойди плащ мне протри, поскользнулся тут, в парке, а мне вечером нужно к этому самому приятелю подъехать. И вообще, возможно, я неделю-другую буду здорово занят.

— Чем? — Слезы в голосе дочери сменились настороженностью. — Он требует от тебя чего-то?

— А-а-а, — махнул рукой Гектор, — пустяки, ерунда, мелочь. Нужно с сотрудниками его фирмы позаниматься. Поднатаскать их.

— Поднатаскать в чем? — недоверчиво спросила Лидка. — Ты будешь учить их прыгать через «козла»?

«Надо же, — подумал Гектор, — мы даже говорим одинаково».

— Я, по-твоему, совсем уже развалина, да? — обиженно спросил он.