— Твою мать! Что происходит?

В это мгновение по рычагу ударили чем-то тяжелым. Хорошо ударили, от души. Гектор взвыл от боли в отбитых ладонях, и тут же на дверь навалились, пытаясь взять ее дурной силой. Однако и эта попытка незнакомца провалилась. Страх, как известно, удесятеряет силы, а Гектор боялся — и еще как! И не столько пистолета, сколько непонимания происходящего. Он упирался в тяжеленную створку плечом до тех пор, пока не сообразил: на рычаг уже никто не давит. Незнакомец или ушел, или затаился, выжидая, пока жертва выйдет сама. «Ну уж это дудки», — подумал Гектор.

Он сделал глубокий вдох, зажмурился, стащил с лица респиратор и, подняв рацию, проорал на одном дыхании:

— Это Гектор! Я в подвале! В генераторной! На меня напали! Здесь кто-то есть! Слава, на помощь!

— Мы идем! — моментально откликнулась рация искаженным голосом Жукута.

Через пару минут в створку забарабанили.

— Кто?

— Слава Руденко! — спазматически сдавленно крикнули с той стороны. — Выходи, тут пусто.

Гектор надел маску, повернул рычаг и приоткрыл дверь.

В редеющей пелене газа маячили Жукут и Руденко. Арбалетчик обвел рукой вокруг, показывая: все спокойно Гектор огляделся. Никого. Он показал: «Наверное, ушел наверх». Руденко так же, жестами, ответил: «Мы никого не видели». Гектор сделал шаг вперед и едва не упал, наступив на что-то жесткое. Он взмахнул руками, ловя равновесие, нагнул голову.

Под ногами, у самой двери, валялся изувеченный «мосберг». Приклад винтовки был расщеплен, предохранительная скоба сплющена страшным ударом. Видать, ею-то и бил незнакомец по рычагу.

Гектор прямиком направился в караульное помещение. Там он наклонился и, подхватив ружье, передернул затвор. Знаком показал спутникам: «Сделайте то же самое». Жукут и Руденко переглянулись, но оружие взяли.

Поднявшись на первый этаж, все трое с большим облегчением сняли респираторы.

— Так кто на тебя напал? — спросил Руденко. — Что-то я не понял.

— Я и сам не понял, — мрачно ответил Гектор. — Какой-то мрачный тип в противогазе и плаще. У него был пистолет с глушителем, и он хотел меня убить.

— Ты узнал его?

— Говорю же, он был в противогазе и плаще. — Гектор на секунду задумался и добавил: — Довольно высокий… Больше ничего не запомнил. — Подняв рацию, он нажал на кнопку: — Тимофей, это Гектор. Как у тебя?

— Тихо, — отозвался слепой.

— А машина?

— Только что ушла. Я ее больше не слышу.

— Кто выходил из коттеджа?

— Когда? — В голосе Трубецкого прозвучало отчетливое изумление.

— С минуту назад.

— Никто не выходил.

— Ты ничего не путаешь?

— Говорю тебе, никто не выходил.