— Правда? — Марисса подалась вперед, обнимая ее. — Я знала, что у тебя получится! Это потрясающе. Ей столько всего предстоит.

— Да. — Мэри отстранилась. — Но я хотела кое-что проверить. По медицинской части. Ничего срочного… просто выяснилось, что ей на самом деле тринадцать лет, а не девять.

Брови Мариссы взмыли вверх, и она пробормотала:

— Ты уверена?

Мэри рассказала ей все, включая то, что Битти говорила про ложь матери о ее возрасте, и посещение могилы и супермаркета.

Марисса нахмурилась:

— Ты отвезла ее на могилу своей мамы?

— Она хотела посмотреть. Сама попросила. Для ее терапии необходимы не просто разговоры по душам. Она невероятно одаренная девочка, но жила настолько изолированной жизнью, полной насилия, что если и есть надежда пережить горе и встретить реальный мир, то ей придется научиться открываться.

— Для этих целей организуются специальные групповые вылазки.

— Битти ни разу не была в супермаркете. — Когда Марисса отшатнулась, Мэри только кивнула: — Она не знала, что бывают автоматические двери. Она никогда не была в центре города. Она не сказала мне сразу, но когда мы с Рейджем отвезли ее за мороженым прошлым вечером? Она также ни разу не была в ресторане или кафе.

— Я представить не могла.

— Никто не знал. — Мэри посмотрела на тридцатифутовый стол, заставленный посудой. — Они с матерью молчали, потому что боялись. И дело в том, что я опасаюсь за ее здоровье. Я знаю, что Хэйверс лечил ее сломанную ногу, тогда же сделали полное обследование. Но это было давно. Я бы хотела, чтобы кто-нибудь осмотрел ее, и я хочу привезти ее сюда в клинику, а не к Хэйверсу.

Когда Марисса начала возражать, Мэри вскинула руку.

— Выслушай меня. Ее мать умерла там совсем недавно. Думаешь, ей стоит возвращаться туда в скором времени? И да, это может подождать месяц-другой, но ты видела, насколько она хрупкая. Даже если предположить, что вампиры до превращения в подобном возрасте не сходны по своему развитию с людьми, она очень маленькая. У Элены большой опыт с молодыми вампирами, Док Джейн превосходно обращается с пациентами, и мы можем спокойно привезти Битти в учебный центр, сделать осмотр, а потом сразу же увезти.

Марисса затеребила вилку.

— Я вижу логику в твоих словах.

— Мы даже можем сделать это завтра ночью, если у Дока Джейн найдется минутка. Мы возьмем Битти на ужин.

— Ты и Рейдж?

— Все как с поездкой за мороженым. Он ей понравился. — Мэри улыбнулась. — Она зовет его большой дружелюбной собакой.

Нахмуренность Мариссы не вселяла уверенности. Как и повисшая пауза между ними на фоне разговоров вокруг них, среди пар и небольших компаний.

— Марисса. Я знаю, что делаю. И, более того, она начала открываться, и это доказательство того, что я на верном пути. Сколько она уже у нас?

— У меня нет опыта, чтобы говорить тебе, что делать… наверное, в этом моя проблема. Я — менеджер и занимаюсь организационными вопросами. У меня нет диплома соцработника… поэтому я бы хотела поговорить с кем-нибудь еще. Ты прекрасно справляешься со своей работой, и я не могу игнорировать результаты, особенно в случае Битти. Но я не хочу, чтобы ты перестаралась… и не хочу, чтобы ты так нагружала себя. Об этом я беспокоюсь.

— В смысле? — Мэри вскинула руки. — Признаю, что могла бы иначе повести себя, когда ее мама была при смерти, если бы знала…

— Ты вывозишь сироту за мороженым. Везешь ее к могиле своей мамы. На ужин со своим супругом.