|
Имнак оказался разумным парнем. Он быстро оценил экономические перспективы сотрудничества с нами и тут же перешел на нашу сторону. — Я всегда считал его решительным человеком, — процедил я. — Не язви, — проворчал кюр. — Что бы ты подумал про кюра, предавшего свою расу? Зверь вздрогнул. — Это невозможно. — Бывали же случаи, что во время войны кюры переходили на сторону противника? — Только не к людям и не к представителям другой расы, — ответил зверь. — Выходит, в этом отношении кюры благороднее людей, — сказал я. — Я глубоко убежден, — торжественно произнес зверь, — что кюры во всех отношениях благороднее людей. — Он посмотрел на меня. — Но тебя я ждал, В тебе есть что-то от кюра. — В зале для состязаний было установлено зеркало, — сказал я. — Это наша смотровая ложа. — Я так и думал. — Ты хорошо дрался. Мне понравилось, как ты орудуешь своим крошечным мечом. — Спасибо, — сказал я. — Я тоже хорошо владею оружием, — произнес кюр. — Традиционным и современным. — При всей вашей технологии вы сохранили традицию поединков? — спросил я. — А как же! — воскликнул кюр. — Мы бережно храним искусство боя одними клыками и когтями! — Еще бы. — Я не люблю современное оружие, — признался зверь. — Им может пользоваться яйценос и даже недоминант. Оно позволяет убивать издалека, ради чего и было изобретено. Тем самым оно лишает тебя непосредственного контакта, горячей радости естественного умерщвления противника. — Кюр посмотрел на меня. — Вот ты скажи, разве может что-нибудь сравниться с восторгом жестокого боя, когда ты рискуешь жизнью, выкладываешься, а потом швыряешь смертельно раненного врага себе под ноги? Что может сравниться с удовольствием покопаться в его трупе, выискивая самые вкусные кусочки? Глаза зверя засверкали, но так же скоро погасли. Он налил еще по бокалу. — Мало что с этим может сравниться, — согласился я. — Тебе со мной не страшно? — спросил он. — Нет. — Я так и думал. — Почему? — Видел, как ты дрался. Я пожал плечами. — Я видел твое лицо. И понял, что тебе это тоже нравится. Не отрицай. — Я и не отрицаю. — Когда кончится война, — грустно произнес кюр, — такие, как мы, станут больше не нужны. Если мы, конечно, доживем до конца войны. — По крайней мере, — сказал я, — мы узнали друг друга. — Верно, — прорычал кюр. — Хочешь посмотреть мои трофеи? — Да. Глава 33. Я ПОКИДАЮ БАЗУ В низкой, обшитой стальными плитами комнате было ужасно холодно. Смотровое окно выходило прямо на лед. Возле полукруглой тяжелой двери стоял снежный кюр с золотыми кольцами в ушах. Это он сопровождал Карджука, предателя своего народа. |
