Он все делал так хорошо. Он мог усмирить лошадь одним звуком голоса, мог подчинить корабль своей воле одним поворотом руки. Его улыбка может ввести в соблазн самих ангелов. Его смех, казалось, обволакивает теплой пеленой, отзывается в глубине сердца. Но она должна презирать его, помня, что он лгун и подлец.

Ведь она для него только средство достижения цели. И ей надо об этом помнить всегда и везде.

Наконец Аннетта увидела, как Джон Патрик прошел по двору к конюшне и исчез внутри. Через несколько минут он вышел и уехал верхом. Аннетта взглянула на небо. Полная луна. Холодная ясная ночь.

Она услышала повизгивание и наклонилась, чтобы погладить псов. Да, ей будет не хватать собак, которые, очевидно, решили принять ее в свою компанию. Ночью они тихонько пристраивались рядом с ней на пуховой перине и мирно спали до утра.

Откровенно говоря, хотя ей нелегко это признать, она будет скучать по всей семье, за исключением, разумеется, Джона Патрика. Этот дом так и дышит радушием и любовью, и они тайными тропами проникли в ее сердце.

Да, надо бежать. Сегодня вечером.

Когда она доберется до городских властей, то потребует от них освободить ее отца. И во всем обвинит одного только Джона Патрика, оставив в покое всех остальных Сазерлендов. Она старалась не думать о том, что отец может не захотеть покинуть их кров. Обаяние семейства Сазерленд было таким властным…

Их дом, дом семьи Кэри, — в Филадельфии. Но будут ли они сами рады возвращению?

Почему она чувствует себя такой одинокой? Аннетта ждала, когда дом затихнет и все улягутся спать. Она должна ощущать сейчас восторг, воодушевление, а не эту гнетущую пустоту. Она рада, что скоро вернется домой, под защиту англичан, которым верит и на которых полагается. Они совсем не похожи на тех пьяных негодяев, которые пытали отца и сожгли их дом. Если колонисты победят, им с отцом никогда не получить свои земли обратно. Никогда.

Поэтому она должна вернуться домой. Там у нее остались верные друзья. И, возможно, любовь совсем не так уж важна, как кажется. Она всегда смотрела на жизнь без иллюзий, хотя в глубине сердца жаждала большой, необыкновенной любви. Однако когда она почти уверилась, что подобной любви на свете не бывает, вдруг появился в ее доме этот раненый «лейтенант».

Аннетта вытерла слезы.

В доме все стихло. Она накинула плащ. Надо бежать, пока не вернулся Джон Патрик. Она тихо открыла дверь. В холле было темно.

Едва слышно она ступала в домашней мягкой обуви по гладкому полу. Аннетта плотнее завернулась в плащ и вышла на улицу.

Луна стояла достаточно высоко, освещая поля и пастбища. С минуту Аннетта постояла на крыльце, затем поспешила к конюшне и с некоторым усилием отодвинула тяжелый засов. Ее приветствовало тихое ржание.

Аннетта тщательно осмотрела конюшню — а вдруг Джон Патрик вернулся? Никого не было. В чулане Аннетта нашла упряжь и торопливо оседлала кобылу, на которой ездила накануне. Она достаточно скора на ногу, сильна и послушна. Аннетта села в седло и, обогнув конюшню, выехала на дорогу. Теперь она знала, что ближайший город называется Честертаун.

Аннетта пустила кобылку рысью и проехала примерно с четверть мили, когда увидела всадника на дороге. Джон Патрик. Конечно, он знает все ее мысли наперед. От него не убежишь, тем более когда он верхом на Принце Сумерек. Ее охватила паника. Почему он не перехватил ее раньше?

Она повернула лошадь и поехала обратно. Кобылка бежала во всю прыть, повинуясь настойчивым понуканиям Аннетты, но Джон Патрик поравнялся с ней, наклонился и перехватил у нее поводья.