Работа отвлекала ее от горьких мыслей, но все равно в глубине души неотступно звучало имя Энтони, мерещились его улыбающиеся губы, а тело хранило следы его прикосновений. Моника прикусила губу до крови: пусть эта физическая боль хоть ненадолго затмит собой уже непереносимую душевную муку.

Может быть, пришла пора воспользоваться советом Дайаны и забыться в объятиях другого мужчины? В конце концов, у Дайаны богатый опыт и, наверное, она права в своем циничном отношении к так называемому сильному полу — надо брать от них все, что они в состоянии дать, а не терзать себя выдуманной любовью. К черту мораль! Моника и сама не замечала, как ее теперешние мысли похожи на те, что приходили в голову, когда она обдумывала план мести Майклу.

Покончив с делами, она прошла в крохотную темную комнатку, служившую гардеробной. Что бы такое надеть? Для подобных случаев больше всего подходит то, что, как им объясняли в Париже, должно быть у каждой женщины, — маленькое черное платье.

Одевшись, Моника окинула себя оценивающим взглядом и удовлетворенно кивнула. Облегающее черное платье, открывавшее стройные ноги в телесного цвета чулках, черные же туфли на высоком каблуке. Никаких украшений и минимум косметики.

Но где найти мужчину? Моника усмехнулась и кивнула своему отражению в высоком, от пола до потолка, зеркале. Ну конечно, все у той же Дайаны. Сегодня она как раз устраивает очередную вечеринку: Монти, похоже, ей уже наскучил, а среди гостей всегда можно найти очередную жертву.

Монику встретил гул голосов и звуки музыки. Вечеринка была в самом разгаре. В ярко освещенном зале кружились пары, а в гостиной были расставлены столы с закусками. Монти с мрачным видом сидел у барной стойки и тоскливо поглядывал на Дайану — та сегодня была необычайно хороша и уже шептала что-то, привстав на цыпочки, белокурому гиганту в черном, не слишком хорошо сидящем костюме.

Увидев вошедшую Монику, она приветственно взмахнула рукой и бросилась к ней.

— Давно тебя не видела, детка. — Она заговорщицки улыбнулась и подмигнула. — Отлично выглядишь. И у меня есть для тебя кавалер.

Не давая вставить ни слова, она буквально потащила Монику в другой угол комнаты, где у распахнутого окна курил высокий молодой человек с внешностью киногероя.

— Чарли, это Моника, моя лучшая подруга. — Дайана явно преувеличивала. — Видишь, бедняжка грустит. Ты уж постарайся ее развеселить, хорошо?

Моника не успела ничего сказать, как Дайана уже исчезла. Некоторое время они с Чарли молча рассматривали друг друга безо всякого стеснения. Он, кажется, тоже прекрасно понимал, к чему может привести это краткое знакомство — ночь на двоих и никаких обязательств. И его это вполне устраивало.

— Что ж, давайте выпьем шампанского в честь нашей встречи, — предложил он, увлекая Монику к барной стойке.

— С удовольствием.

Шампанское — как раз тот напиток, который дарит необычайную легкость и ощущение свободы. Именно то, что нужно. Никаких мыслей, никаких эмоций, только щекочущие губы пузырьки и горьковатый вкус «Вдовы Клико».

После второго бокала Моника уже улыбалась новому знакомому, слушая забавные истории из его жизни. Он пробовал себя в кино, снимался для модных журналов и на вечеринках подобного типа пытался завести полезные связи.

Допив третий бокал, они уже болтали как старые приятели, а рука Чарли лежала на плече Моники, легонько его поглаживая.

— Потанцуем?

— Давай.

Они перешли в зал, дождались окончания предыдущей мелодии и под первые такты легкого джаза вступили в круг танцующих. Чарли прекрасно двигался, и Моника прикрыла глаза, откинувшись на поддерживающую ее руку. Помимо воли она снова и снова представляла на его месте Энтони и вспоминала их единственный танец в ресторане, когда хотелось растянуть в вечности каждое уходящее мгновение.