|
Она даже подняла глаза к потолку, ожидая что вот сейчас ликс скажет, что пленник врет. Но тихоход промолчал, а, значит, либо пленный так хорошо контролирует свои телесные реакции, что может скрыть ложь, что для технофанатика, не улучшенного с помощью технических средств невозможно, либо говорит правду.
— А как же «ложный путь», «мерзкие носители паразитов», «грязные скотолюбы» и прочие эпитеты, которыми вы нас так любите награждать? Все эти речи, что только техническое совершенствование — единственно верный путь развития цивилизации?
— Как по мне нет вообще никакой принципиальной разницы, — пожал плечами пленник. — Какая разница, каким способом кто хочет развиваться? Если получается, то почему бы и нет. А что за паразиты, кстати?
— Вы так называете наших симбионтов, которые мы используем для самодиагностики и контроля гормонального фона, — буркнула Тиана.
— А, я-то думал глисты какие-нибудь. Нет, серьезно, мне совершенно плевать на подобные заморочки. Сам я предпочел бы обойтись без симбионтов — как-то неуютно, когда представляю, что придется внутрь организма что-то живое засовывать. Но если привыкли так — почему бы и нет? Полезная хоть штука?
Тиана удивленно покачала головой. Странный технофанатик. По-настоящему странный. Видела записи — в их культуре принято ненавидеть и опасаться все, связанное с природой. Любую свою планету технофанатики предпочитают закатывать в сталь, стекло и бетон, уничтожая все живые существа кроме тех, которых используют в пищу. Самые радикальные стремятся из самих себя вырезать как можно большее количество биологической материи, заменяя ее на искусственные органы. Где-то она слышала, что некоторые особо упорные оставляли от себя только мозг. Откуда такая ненависть к живому — неизвестно. Ходили предположения, что технофанатики изначально жили на очень суровой планете с крайне агрессивной фауной. Так целый народ и получил фобию, которая в дальнейшем только больше усиливалась. А здесь налицо полное отсутствие ненависти и страха перед живой природой — это и по отношению к ликсу видно. Хотя, о чем речь — достаточно вспомнить, на какой планете он проводил дни своего заключения. Очевидно, такой опыт неизменно меняет мировоззрение!
Встречу договаривающихся сторон Тиана на этом закончила. По большому счету она была даже довольна — ничего невыполнимого и даже сложного пленник не попросил. Немного неприятно, что возвращение домой откладывается, но в словах пленника действительно есть своя правда. Она оказалась в неизведанных местах, на территории, которая явно неисследована, вдали от проложенных дорог. Технофанатики по какой-то причине планету посещают очень редко, и по меньшей мере ближайшие окрестности в радиусе нескольких десятков, а то и сотни световых лет ими никак не освоены. Если бы было иначе ликс, натренированный чувствовать любые признаки присутствия врага уже бы почувствовал. А она все-таки свободный разведчик. Вот и займется пока поиском и разведкой. Это будет действительно интересно. К тому же, как бы странно это ни звучало, она теперь не одна. Пусть враг, но ей не грозит сойти с ума от одиночества.
Выяснив, какой именно предмет нужен пленнику, Тиана долго пыталась с ним разобраться, но без особого успеха. Пленник сказал, что это довольно продвинутая счетная машина, на которой хранится множество всевозможной информации — ничего опасного и вредного, но разведчица все равно хотела посмотреть сама. Вдруг у него там координаты хранятся, и он просто боится, что разведчица до них доберется? Тиана даже разозлилась на себя немного за то, что раньше не догадалась хорошенько пошарить в вещах пленника. Правда, оказалось, что жалеть особо не о чем. Разведчица нашла, где машина включается, увидела на экране какие-то символы — некоторые из них совпадали с теми, что на клавиатуре. |