Дмитрий Дмитриевич поставил от руки формулы в приложении к заявке и подписал все три экземпляра. Человек поставил против своей фамилии какую‑то закорючку, замысловатую и мелкую.

— А теперь, — сказал Дмитрий Дмитриевич,. — я очень хотел бы услышать от вас, кто вы, откуда вы пришли к нам… И главное — зачем вы пришли к нам.

Человек с минуту молчал, глядя куда‑то поверх головы Дмитрия Дмитриевича, словно присматриваясь к чему‑то.

— Это потом, — сказал он. — Это после. Пора спать.

ОЖИДАНИЕ

Аккуратно отпечатанный отказ в выдаче авторского свидетельства пришел быстро. Кто‑то, хорошо понимающий психологию изобретателя, снабдил бланки отказа и согласия широкой полосой соответственно синего и красного цвета. Таким образом изобретателю не приходилось томиться, судорожно просматривая сливающиеся строчки машинописи. Едва конверт вскрыт, мелькнувшая красная полоса сразу же говорит: «Да! Изобретение принято!» Изобретатель больше ничего разобрать не может; пугая почтальона, кричит громовое «ура»; в прихожую сбегается вся семья, и все в восторге щупают плотный лист бумаги с красной полосой.

Зато приметив зловещий синий цвет, изобретатель чувствует мгновенное головокружение. У него подгибаются колени, словно его крепко стукнули поленом по темени. Затем он, приторно улыбаясь почтальону, расписывается в книге заказных писем и, забывая вернуть карандаш, на цыпочках идет к себе. Оставшуюся часть дня он «спит», то есть просто лежит вытянувшись, с напряженными мышцами.

Но, получив несколько синих полос, изобретатель перестает волноваться. Он сразу же впивается в текст, стремясь уяснить себе причину отказа. Отказ «по новизне» — страшный отказ. Он всегда серьезно обоснован, иногда присылаются снимки патентов, ссылки на журнальные статьи… В первый момент изобретателя охватывает чувство стыда: что он скажет матери, жене, любимой девушке, товарищам, наконец, машинистке, печатавшей заявку в неурочное время? Ведь они обязательно спросят… Сказать, что твое изобретение уже кем‑то сделано, что ты, пусть не зная этого, претендовал на чужую мысль?… Но где‑то внутри шевелится: «А‑а! Ты все‑таки думал верно! Пусть сегодня тебе испортили настроение инженеры фирмы „Кодак“, завтра испорченное настроение будет у них!»

Другое дело отказ «по полезности». Возмущению изобретателя нет предела. «Нам, производственникам, виднее, полезно это или нет!» — говорит он.

Дмитрию Дмитриевичу отказывали «по новизне», ему также отказывали «по полезности», ему отказывали даже просто так, не разобравшись в его предложении. Имея, по его собственному утверждению, природную антипатию к юридическим наукам, он тем не менее выучил буквально наизусть соответствующие параграфы из авторского права и был непременным советчиком у товарищей по работе в вопросах переписки с экспертами. Теперь синяя полоса не нарушала его спокойствия Но Человек был задет гораздо сильнее.

— Они не могут понять! — сказал он.

— Не переживайте, — ответил Дмитрий Дмитриевич — Ну‑ка прочтем еще раз, теперь совсем спокойно.

«Рассмотрев заявку „Способ создания физического бессмертия человека“ и все относящиеся к ней материалы, Отдел изобретательства и рационализации установил»…

— Здесь излагается наша заявка, почти слово в слово. Так, дальше:

«Отдел изобретательства и рационализации считает, что авторы проявили физическую и философскую, биофизическую и биохимическую неграмотность.