Они договорились, что приземлятся возле заброшенного космопорта, где Дин когда-то нашёл огромное состояние в пангалактических нотах. Эшфор останется ждать его на месте, за маскировочным полем, припарковавшись на бывшем лётном поле.

Дин высадился ночью.

В заброшенном космопорту ничего не изменилось. Всё та же пыль и серость. Какое-то время он колебался – не спуститься ли на нижний уровень, в бизнес-зал. Вдруг там найдётся ещё что-то интересное? Но потом отказался от этой мысли. Очень уж это место походило на некоторые локации на полигонах внутри симуляции, которые они проходили в Академии. А в какой-то момент ему даже показалось, что за ним наблюдают. Схожее чувство было тогда, когда двойник являлся ему.

В лесу было получше. Знакомая, хоженая тропинка, усыпанная опадающими листьями. В их края давно пришла осень.

По дороге на Дина нахлынули воспоминания. Вроде бы это всё было ещё недавно. Гимназия. Класс. Его фанатичная подготовка к выпускным и вступительным экзаменам. Планы на лето… которого, получается, у него в этом году не было вовсе.

В лесу мало что напоминало о войне. Разве что небо: огромный монитор был отчётливо виден. На время Хашбал приобрёл собственный спутник. Не полноценную луну, конечно – но теперь у планеты было чему серебрить простор по ночам.

Меч сотрёт железо ножен, и душа источит грудь

Вечный пламень невозможен, сердцу нужно отдохнуть…

Строчки сами собой родились в голове. Дин никогда не увлекался поэзией, но тут что-то щелкнуло и невысказанная, странная грусть пролилась словами.

Он понял, что его что-то неудержимо тянет. Мягкая сила, которой можно сопротивляться всю жизнь, делая вид, что её нет. Или же поддаться один-единственный раз. Проверить судьбу. Узнать всё до конца.

В городе война ощущалась куда отчётливее. Дома стояли тёмными. Гражданский транспорт не занимал воздушные трассы. То и дело над головой проносились тёмные военные грузовики и другая пехотная техника.

Раз в несколько минут по системе оповещения (оказывается, она была исправна!) транслировалось объявление металлическим голосом:

«Внимание! Сообщение временной военной администрации Имперской провинции Хашбал. Всем гражданским лицам надлежит занять предписанные убежища после получения приглашения с индексом! Нахождение на улице без уважительной причины является государственным преступлением! Дожидайтесь приглашения по месту проживания!»

Издалека, если не обращать внимание на оповещения, дома выглядели покинутыми. Но, проходя мимо слепых окон, Дин то тут то там замечал неверные отсветы фонариков, пробивающиеся из-за плохо установленной светомаскировки. Где-то слышался приглушённый детский плач.

Это была другая сторона войны, о которой Дин почему-то не думал, мечтая о военных подвигах.

То, что происходило с городами во время десантных операций, было просто статистикой. Цифры потерь. Снижение продуктивности экономики. Время и цена на восстановление.

Дин хорошо знал, что полноценной эвакуации Хашбала не будет.

Самых ценных граждан, конечно же, вывезут: семьи высших чиновников, сколь-нибудь значимые учёные и специалисты. Остальных просто не успеют. Население останется на милость победителя.

Стоит ли верить в то, что пришельцы могут пощадить многочисленных представителей другой расы?

Нет, прецеденты, конечно, были. Существовали даже договоры, по которым между воюющими сторонами после завершения конфликта проводился обмен уцелевшим населением. Но это – в случае обычного конфликта, очередного хозяйственного спора или территориального недоразумения.

То, что происходило сейчас, выходило далеко за рамки обычных вещей.