Наконец, ремонт был закончен. Поезд приподнялся на магнитной подушке и рванулся вперед. Кракно лежал, навалившись на стол, едва в сознании, в то время как остальные беспокоились, чтобы достигнуть места назначения до восхода солнца.

И уже поднималась заря, когда они притормозили недалеко от товарных складов. Огромные строения нависали над ними в сером свете, поблескивая от росы. Джандрак тревожно вглядывался в окна вагона, ища глазами скользящий боевой корабль.

Но вместо него появился дискообразный объект, косо спускавшийся к ним над выглянувшим шаром восходящего солнца. Джандрак испустил дикий вопль: это была орбитальная огненная платформа, сконструированная затем, чтобы врезаться в атмосферу, заливать цель шквалом огня и так же быстро взлетать обратно на орбиту. Кракно мгновенно проснулся, бросил взгляд в окно и завопил в микрофон:

— Открывайте огонь, ублюдки! Достаньте ее, пока она…

Беспорядочная, неэффективная стрельба вверх уже велась с поезда. Но это их не спасло. Солнце засверкало на высокой золотистой колонне, которая следовала за платформой, летающей вокруг планеты. Из нее ударил мерцающий луч; орбитальное атакующее средство взорвалось кучей обломков.

Затем вторая золотистая форма вплыла в кильватере первой. Хин Сетт прибыл, как и обещал. Они были в безопасности.

XI

Прошел год.

Год, в течение которого скользящий флот уютно устроился в почти неприступном окружении астероидного пояса, где пещерные кроличьи садки были расширены, переоборудованы и соединены электроникой для защиты. Никакой прилетевший враг теперь не смог бы сказать, какой из этих болтающихся в пространстве каменных шаров был безвреден и покинут, а какой представлял собой смертельно опасную крепость. Принц Передан узнал это дорогой ценой. Он уже потерял двух командующих флотами, предпринимая дорогостоящие попытки уничтожить ренегатов.

Энергичность его попыток уничтожить эту «берлогу» ошибающихся субъектов вытекала не из его непримиримости, но из того факта, что оппозиция его правлению была слишком громогласной и слишком эффективной. Уже почти год астероидное убежище проводило очень мощную телевизионную кампанию, спроектированную пропагандистами Кракно, направленную на то, чтобы очернить дом Лоренцев, характер правления принца Передана и особенно зиготный налог, который нетрудно было представить нелепым и унизительным. Из-за этой кампании невероятно увеличились трудности, с которыми принцу Передану пришлось встретиться при введении налога. Дальность действия передатчиков Джандрака равнялась нескольким тысячам световых лет, и, несмотря на эффективное глушение во многих секторах и закон, строго запрещающий просмотр нелегального канала, по оценкам, программу ежедневно смотрели несколько миллиардов людей.

Обитатели убежища, в свою очередь, и сами смотрели некоторые интересные программы. Как только правление Передана вошло в силу, они смогли посмотреть — хотя многие отказались — то, что обычным людям было предписано смотреть законом: публичную казнь экс-короля Максима и всей его семьи, включая племянника и племянницу, которым обоим было меньше пяти лет от роду, методом медленного удушения.

По этим и другим ежедневным признакам постоянного укрепления власти можно было судить о том, что Гринсект со своим сохранившимся политическим отделом работали на нового хозяина с усердием, которого они не проявляли даже во время правления Максима. Джандрака мутило от этого. Похоже, только Грэйм Либер был в состоянии наблюдать за развитием событий невозмутимо. Он просто грустно качал головой, когда слышал возмущенные проклятья Джандрака.

— Это просто иллюстрирует то, что я говорил вам о природе власти. Мышление человека не может остаться незатронутым, если он станет абсолютным правителем над столькими миллиардами людей.