Джек, это не предложение руки и сердца, это карьерный ход!

– с гневом набросился на него Гарри. –

Этот брак слишком удобен, чтобы быть настоящим. Если ты попросишь компьютер подобрать тебе идеальную невесту, он наверняка остановится на Котни. Но в реальной жизни так не бывает! Ты знаешь это лучше многих других, потому что ты любишь Полли. Любовь редко бывает удобной. Котни не для тебя, Джек. Ты ее не любишь. Ты просто думаешь, что вместе вы смотритесь очень хорошо и поэтому вы просто обязаны быть влюбленными!

Это было воинственное письмо, но Гарри был уверен, что интуиция его не обманывает. Он все еще хранил письма Джека, датированные тем последним летом, когда он служил на военной базе в Гринхэме. Вот тогда Джек действительно был влюблен по уши, со всеми сопутствующими радостями и горестями. А теперь Гарри казалось, что его брат просто создает себе стиль жизни, который соответствует его статусу.

Ты хоть подумал о Котни?

– продолжал Гарри. –

Я-то считал, что офицеры должны быть джентльменами. Эта девушка тебе доверяет, она тебя любит. Не думаешь ли ты, что она имеет право знать, что ты все еще любишь другую женщину?

Это последнее утверждение было секретным оружием Гарри. Он прекрасно понимал, что Джек наверняка воспримет это в штыки, и так оно и случилось. К счастью для обоих братьев, между ними пролегало расстояние в полконтинента, иначе они наверняка дошли бы до драки. Джек с гневом отверг все обвинения Гарри. Он любит Котни. Она потрясающая женщина. Разумеется, он прекрасно знает, что чувствует к ней далеко не то же самое, что когда-то чувствовал к Полли. У него не трясутся коленки при мысли о Котни, не переворачиваются кишки. Но разве это плохо? Его любовь к Полли была глупой и не способствующей карьере, она скорей была похожа на одержимость, нежели на настоящее зрелое чувство. Джек вовсе не собирается жить семейной жизнью так, словно каждый день всходит на любовный эшафот. Он не хочет умирать от страсти каждый раз, когда его жена входит в комнату. На такие вещи у него просто нет времени. Ему надо работать, двигать вперед карьеру.

Ты считаешь, что есть только один способ любить?

– писал он Гарри. –

Ты думаешь, что все должно быть только так, как у тебя с Дебби? Моментальное и всепоглощающее увлечение? Ты считаешь, что я тоже должен стать вечным домашним щенком вроде тебя? Господи, ни в коем случае! Позволь мне теперь кое-что тебе сказать. Если когда-нибудь мы с Котни начнем себя вести, как ты с Дебби, то можешь взять мой пистолет и меня пристрелить!

У Джека тоже был свой пунктик, и Гарри об этом знал. Когда они только начали встречаться с Дебби, то со стороны они наверняка выглядели просто отвратительно. Они оба были очень молоды, и их сильное взаимное притяжение проявлялось на людях в сентиментальности, допустимой только наедине. Они целовались за обеденным столом, хихикали по углам и даже иногда в компании друзей затевали свою нежную детскую болтовню. Такое поведение было непростительным, но они ничего не могли с собой поделать. Нет другой такой любви, какая бывает в юности, а у них к тому же случилась любовь с первого взгляда. Более того – это была любовь, которая имела продолжение. Гарри и Дебби оказались тем редким исключением из правил, когда студенческая любовь привела их к крепкому и долгому браку.

Знаешь, парень, не всякий брак должен начинаться с идиотского сюсюканья,

– в гневе писал Джек. –

Мы с Котни взрослые люди, и мы любим друг друга как взрослые люди. Мы и пожениться собираемся как взрослые люди, а не так, черт подери, как ты!

Джек поставил энергичную подпись, но потом все-таки приписал:

Между прочим, не хочешь ли быть моим шафером?

Свадьба получилась блистательной.