А на следующий день приблизительно около полудня Митти позвонила Хельге, чтобы узнать, как та провела ночь.

Хельга ответила, что все было очень мило, однако голос ее при этом звучал очень странно. После этого звонка Митти не видела Хельгу почти целую неделю, и за это время та успела побывать в полиции и оставить там заявление об изнасиловании.

А дело было в том, что в ту ночь, когда Джек и Митти покинули компанию, с Хельгой приключилась некая история.

Никто из участников попойки не отрицал, что все пятеро – Указатель, Прут, Брэд, Карл и Хельга – вместе покинули пивной бар в Бад-Наухайме, оставив капитана Шульца наедине с его кислой капустой. Точно так же никаких разногласий у них не было в том, что затем они переместились в отель «Американец», где Указатель заказал лучшие и самые дорогие апартаменты, в которых был бар и массажная ванна. После этого свидетельские показания начали расходиться. Хельга вообще-то признавала, что все они разделись и впятером втиснулись в горячую ванну. Она также признала – под напором допрашивающих ее полицейских, – что потом совершенно добровольно позволила Указателю себя потрахать прямо в ванне на глазах у остальной компании. Она также частично согласилась с тем, что в течение короткого времени мастурбировала одного из мужчин – кажется, им был Прут, а может быть, и кто-то еще. После этого Хельга заявила, что Прут предложил ей заняться сексом с ним, а потом и с двумя молодыми офицерами. Хельга сказала, что с этого момента она почувствовала нервозность, так как мужчины начали вести себя слишком шумно и горланили невесть что. Она отклонила просьбу Прута, сказав, что с нее достаточно, и сделала попытку вылезти из массажной ванны. По ее заявлению, после этого Прут и Брэд начали насиловать ее по очереди, а Карл и Указатель сидели рядом и продолжали выпивать.

Мужчины, со своей стороны, клялись под присягой, что Хельга была согласна на все сексуальные операции, которые происходили в эту ночь. Они клялись, что никакой разницы не было между отношениями Хельги с Указателем и с каким-то другим мужчиной. В подтверждение своих слов они приводили тот факт, что Хельга не кричала и вообще не покинула отель до самого утра – и даже приняла чашку кофе из рук Карла. Все тем не менее были согласны в том, что были сильно пьяны.

Хельга, в свою очередь, не могла объяснить, почему она не кричала, и могла только предположить, что была, очевидно, очень испугана. Она также не могла с уверенностью сказать, почему она оставалась в отеле в течение нескольких часов после инцидента, и объясняла это разве что тем, что чувствовала себя очень слабой, больной и подавленной. Когда ее спросили, почему ей потребовалось пять дней, чтобы подать заявление о якобы имевшем место изнасиловании, она отвечала, что долго колебалась, потому что прекрасно понимала, как может подобный инцидент выглядеть со стороны. Единственное, в чем Хельга была абсолютно уверена, это то, что последние двое мужчин, которые занимались с ней сексом, прекрасно знали о том, что она уже не была добровольным участником.

Суд решил дело в пользу мужчин. Тот факт, что Хельга и раньше вступала в сексуальные отношения с Указателем и Прутом и что она добровольно согласилась идти с ними в отель, говорил против нее. Кроме того, значение имело и то, что против нее одной дружно свидетельствовали четверо.

Хельга покинула Бад-Наухайм почти сразу же после суда. Домой она написала после этого всего раз или два, и Митти слышала, что она теперь живет в Гамбурге, но вскоре ее следы затерялись.

Карьеры четырех участников инцидента были полностью подорваны. Какое бы решение ни принял суд, столь грязный инцидент для армии стал слишком заметным событием, чтобы его можно было просто-напросто проигнорировать. Все они превратились в людей меченых. Один за другим они вынуждены были покинуть армию и вернуться к гражданской жизни в Штатах, исполненные горечи и злобы, и совершенно ничего не почерпнули из своего печального опыта.