– Товарищи, – представляет он пришедших. – Это товарищи Касьян и Кислица из Петрограда.

– Здравствуйте, товарищи, – говорит Касьян.

Он со свистом втягивает воздух и несколько раз гулко кашляет.

Несмотря на немощь, понятно, что главный здесь он.

– Это члены нашей ячейки, – продолжает хозяин. – Товарищи Портнов, Марецкий и Кудимов. Портнов работает на пороховых складах, сознательный большевик, он нам поможет.

– Отлично, – говорит Касьян и делает знак.

Кислица расстилает на столе карту-схему.

– Ну, товарищ Портнов, – улыбается чахоточный. – Покажи-ка нам, где можно войти и где что лежит…

На посту два солдата с винтовками.

Чувствуется, что дисциплиной тут особо не пахнет – солдаты курят, пряча огоньки самокруток в кулак.

Из-за угла низкого пакгауза, подступающего почти вплотную к ограде из колючей проволоки, за ними наблюдают Касьян с Портновым и остальные. Ворота широкие, прямо через них проходит железнодорожная колея. Склад очень большой – видны железнодорожные пути, погрузочные эстакады, стрелки – все больше смахивает на станцию. В принципе, это и есть станция при огромном пороховом складе.

– Готов? – спрашивает Касьян у Кислицы.

Тот кивает и тянет из-за пазухи кистень – металлический шар, соединенный прочным кожаным ремнем с короткой ухватистой палкой.

– Не шуметь, – приказывает чахоточный.

Он явно возбужден, даже хрипеть стал меньше, тусклые до того глаза зажглись.

Кислица и Марецкий почти бесшумно подбираются поближе.

Кислица делает несколько быстрых скользящих шагов и, размахнувшись, вгоняет шар в висок одному из часовых. Марецкий не отстает: выставив вперед широкое лезвие острого как бритва ножа, он бросается на второго часового, но тот в ужасе отмахивается стволом винтовки, попадает по кисти нападавшему и уже было открывает рот, чтобы заорать, но железный шар свистит еще раз и с глухим стуком врезается ему в переносицу, отчего вся средняя часть лица служивого уходит вовнутрь черепа.

Марецкий, наклонившись, быстро всаживает свой нож в сердце одному и другому часовому.

– Фраер ты, братец… – шепчет Кислица Марецкому с ухмылкой. – Чего жмуров пером колешь? Мертвые они уже…

На лице у Кислицы брызги крови.

Марецкий и Кислица дожидаются остальных и входят в ворота. Быстро идут между складами, стараясь держаться в тени. Первым шагает Портнов. Он испуган, постоянно оглядывается, но ведет маленький отряд среди приземистых зданий складов. Вот они проходят мимо огромных, вкопанных до половины в землю нефтяных хранилищ и едва не сталкиваются с патрулем. Портнов с товарищами едва успевает шмыгнуть за резервуар. Марецкий выставляет вперед нож. В руках Касьяна револьвер. Кудимов тоже вооружен – в левой руке у него пистолет, а в правой – тяжелый саквояж, который он ни на секунду не выпускает.

Портнов делает знаки, что часовых трогать не нужно – и солдаты благополучно проходят мимо.

Группа продолжает движение, но оружие теперь держат наготове. Понятно, что стрелять будут при малейшей опасности. Мимо проезжает короткий состав из трех вагонов. Террористы пережидают, лежа на отсыпанной щебнем насыпи. Вагоны совсем рядом – на площадках стоят солдаты с винтовками, но затаившиеся незваные гости остаются незамеченными.

Смутными тенями они проскальзывают между платформами, загруженными огромными ящиками, прикрытыми брезентом.

Наконец Портнов останавливается возле длинного одноэтажного здания, каменного, с окованными железом воротами и железной же калиткой в одном из створов.

– Здесь, – говорит он.