Будучи молодым, Тим не знал, откуда старейшины берут знания о грядущих катастрофах, но повзрослев, став одним из глав семей, его допустили к великой тайне и сейчас он был её хранителем. Он остался последним, кто помнил, как это жить в большом городе, как вместо того, чтобы идти к ручью за водой, стоит открыть кран и вода сама потечёт и утолит жажду.

Тим уселся на расстеленную циновку, принял плошку с едой. Уважение к старшим прививается с детства. Может от того, что старики долго не живут, а может, потому что только они знают, когда надо собираться и уходить в горы.

Тим отложил плошку с горячим варевом, достал из наплечной сумки завёрнутый в тряпицу потёртый блокнот. Раскрыл его. В этом блокноте были записи – самые ценные знания его племени. Не каждый ведал, откуда старейшины знают, что пора собираться и идти в убежище пережидать очередную напасть. Только единицы были посвящены в эту тайну. Очень давно, ещё в прошлом веке какой-то учёный придумал математическую модель прогноза напряжённости биополя Земли. Не разобравшись, учёный свет высмеял революционную идею пожилого учёного. После разгромной рецензии на его статью учёный скончался, но остались его последователи, которые довели до практического применения его идею. Одним из таких последователей и был отец Тима. История поросла легендами, учёного стали считать пророком, а его последователей называть ки́манами. По имени основателя учения – Станислава Ки́мана.

Старейшина перелистнул блокнот на последнюю страницу. После длинных строк вычислений в конце красовалась только одна цифра «2060». Такой результат получился впервые. Главы семей неоднократно проверяли полученный результат, но итог оказывался одним и тем же. В прошлый, как и в предыдущие разы, финальный результат не ограничивался четырёхзначной цифрой, а состоял из шестизначного, а иногда восьмизначного набора цифр, и такая аномалия бросала зёрна сомнений в правильность произведённых расчётов или того хуже, предвещала конец всему.

– Уважаемый, всё проверяешь? – подошёл глава одной из семьи.

– Проверяю и перепроверяю, – согласился Тим, – присаживайся со мной, уважаемый Нилс. Раздели трапезу, и давай подумаем вместе. Впервые получен такой результат, – продолжал Тим, убедившись, что Нилс уселся рядом.

– Впервые, но сколько раз вносились изменения, уточнения в изначальную формулу, сколько раз добавлялись переменные, – нехотя согласился Нилс.

– Я перепроверил первые предсказания и сравнил результаты. С учётом введённых в формулу дополнений и изменений, прогноз становился только точнее, вплоть до недели начала катаклизма.

– Хочешь сказать, что грядёт именно то, о чём предупреждал наш идейный вдохновитель, последователями которого мы все являемся? – спокойно произнёс Нилс.

– Возможно, – пространно ответил Тим. Он смотрел на готовящихся ко сну женщин и детей, и им охватывало отчаяние. Много катаклизмов обошло их стороной, но хватит ли сил, припасов и главное, спасёт ли подготовленное в горах убежище от надвигающейся катастрофы. – Напомни Нилс, чьи семьи осталась в убежище?

– Семьи Дориса, Димитра, Михаила и Лисандра.

– Большие семьи, должны справиться со своей задачей.

– Всегда оставшиеся в убежище семьи справлялись со своей задачей. Вспомни, уважаемый, когда семь лет назад только спустились из убежища, не успев восстановить поголовье стада, провели расчёты, и оказалось, что надо возвращаться назад.

– Помню. В тот год я остался старейшим из всех, – задумчиво произнёс Тим.

Этот год отпечатался в его памяти. Буквально только спустились к подножию, разрешили накопившиеся проблемы, как поступил сигнал общего сбора.