– Наши с тобой отношения меня волнуют. В один день ты ласковый котенок, в другой – ведешь себя так, будто я тебе не отец.

– Все нормально, пап! – Надя наклонилась, чтобы застегнуть туфельки.

– Тогда ты составишь мне компанию сегодня? Сходим в кино, потом в ресторане посидим. Вдвоем, как когда-то?

– У меня балет. Каждый день. Допоздна.

Папа поджал губы, но ничего не ответил.

– Я ушла, – бросила Надя и хлопнула дверью.

Дима схватил на бегу бутерброд из тарелки, которую держала мама, и поспешил в прихожую. Вчера после работы он пришел домой в час ночи и проспал все на свете.

– Ты сегодня долго?

– Работаю, мам, – ответил он, жуя, – не жди.

– А к экзаменам когда готовиться будешь, если все время работаешь? Ты с этим желанием доучиться именно в гимназии своей потеряешь шанс на хороший вуз.

– Мам! – он торопился завязать шнурки на кедах, чтобы уйти из дома.

– А если ты не поступишь на бюджет? Как мы будем? Мы платить уже не сможем, милый…

Диме даже есть расхотелось.

– Я ушел, – сказал он.

Пашино утро не задалось с самого начала – он забыл поставить будильник. Оставив печататься то, что успел написать вчера для доклада, он помчался в душ, а потом в такой же спешке надел то, что попалось под руку. «Так, надо показать доклад директору, потом еще не забыть про эксперимент, еще репетитор…» – прокручивал он в голове список дел, пролетая мимо кухни, где ели родители.

И только увидев здание школы, он почувствовал, как в голове его что-то щелкнуло: «Черт! Доклад!» Он набрал номер сестры.

– Алло? – заспанный голос. Лиле надо к третьему уроку.

– Лилек, срочно! Я в прихожей на тумбочке оставил доклад. Встань, убери, родители не должны увидеть. Сама знаешь, что начнется.

– Ага…

Через три минуты он снова перезвонил.

– Алло, – еще более сонное, чем в первый раз.

– Лиля, прямо сейчас откинь одеяло и встань. При мне, пока я с тобой разговариваю.

В трубке он услышал ворчание и шевеление. Потом топот босых ножек сестры по паркету. Он не сомневался, что Лиля даже глаза не открыла – шла на ощупь.

– Нашла. – Зевок.

– Супер, в школу принесешь, не забудешь?

– Принесу. – Еще один зевок и снова топ-топ по паркету: пошла обратно в постель.

Паша убрал телефон в карман. Шел, глядя под ноги. Волосы после душа успели высохнуть под теплым солнцем и снова стали виться, пришлось убирать завитки с глаз.

У ворот он столкнулся с Надей.

– Привет!

Надя быстро оглядела его, нахмурила брови и сказала:

– Подержи, – и, вручив ему несколько библиотечных книг, которые несла в руках, стала поправлять воротник рубашки и школьный галстук, который все мальчики страшно ненавидели и старались носить ослабленным.

Паша не возражал. Надя стояла так близко, что ее тонкие темные волосы на макушке щекотали его лицо.

– Как дела? – спросил он, глядя поверх ее головы.

Надя, все еще колдуя над его пиджаком и галстуком, подняла на него быстрый взгляд, и он успел заметить в нем искорки насмешливости.

– Долго думал над вопросом?

Паша хмыкнул и спросил о другом:

– Сегодня ты пила кофе и ела круассан утром?

Он не видел, но как-то, может быть, по вмиг изменившейся атмосфере между ними, почувствовал, что уголки ее губ дрогнули:

– Нет, суматошное было утро…

Паша был готов прямо сейчас предложить ей прогулять школу и пойти в ее любимое кафе, но не осмелился, потому что Надя, совершив последние манипуляции с его галстуком, сделала шаг назад, и он увидел ее глаза.