— Ладно, — нехотя кивнул парень.

Глаза тем временем потихоньку адаптировались к скудному освещению. Звёздный свет едва рассеивал мрак, но я смог разглядеть бетонную лестницу, ведущую наверх. Кажется, там перегородок было меньше — свет падал именно оттуда. Значит, окна в прямой видимости.

— Ты первым поднимешься, — сказал Дамир Лунюю, — потом я, прикрывая Арти. Потом остальные.

Парень молча кивнул и направился к лестнице.

Поднялись быстро. Я ничего не мог разглядеть из-за широкой Дамировой спины.

Миновав первый этаж, мы двинулись дальше.

Наконец, когда я уже порядком запыхался, Дамир сказал:

— Здесь, — он кивнул в сторону изолированного бетонного помещения с единственным узким проходом. Толщина бетонных перегородок впечатляла: не меньше метра. Это было тем более необычно, что на большинстве этажей перегородок не было вовсе — их или не успели построить, либо же они не уцелели во время катаклизма.

— Нифига себе, — сказала Соня, оглядывая стены, — тут что, сейф был?

— Или оружейная комната, — вставила Сяомэй.

— Пойдёт, — повторил Дамир, — заходи.

Я скользнул внутрь. Соня и Лунюй зашли следом.

— На шум не высовываться. Если слышите шаги, и никто не отзывается — ты выходишь первым, — Дамир ткнул Лунюя пальцем в грудь; то только кивнул в ответ.

— Ясно, — сказал я.

— Варсы серьёзные, — сказал Дамир, — будет не просто. Быстро не ждите.

— Понял.

— Не думаю, что это варсы, — вмешался Лунюй.

— Ну а кто же будет так стрелять, — Дамир развёл руками.

— Это местные. Они маскируются под мирных. А сами… — Лунюй вздохнул, — вы не обратили внимание, сколько оружия в их селении?

Я действительно не обратил на это внимания — не до того было.

— Там даже взрывострелы были, — добавил китаец.

— Разберёмся, — ответил Дамир, и пошёл к лестнице. Девушки последовали за ним. Он что-то тихо говорил им, давая необходимые инструкции.

Мы остались втроём. Какое-то время молчали, напряжённо прислушиваясь к тому, что происходит снаружи.

В каждом шорохе мне слышались шаги вооружённых врагов. Каждое дуновение ветерка казалось зловещим.

Лунюй подошёл к проёму, опустился на корточки и осторожно выглядывал наружу.

— Я тут побуду, — пояснил он, — так надёжнее.

Соня же забилась в дальний угол бетонной коробки и тоже села на корточки. Она вела себя как-то слишком тихо. Даже не вспомнила про моё ухо. Совсем на неё не похоже.

Через единственный проём проникало слишком мало звёздного света, и я мог видеть только силуэты.

Я подошёл к Соне и присел рядом. Потянул руку и положил ей на плечо.

— Ты как? — спросил я шёпотом.

— Нормально, — ответила она совершенно безжизненным голосом.

— Почти не болит, — сказал я.

— Что?.. — рассеянный вопрос.

— Ухо моё, говорю. Оно почти не болит.

— Да…

Какого фига происходит?

— Соня, ты что, ранена? — обеспокоенно спросил я.

— Я? — наконец-то проявления живых эмоций, — нет, Арти, нет… не беспокойся. Всё в порядке.

— Тогда в чём дело? — спросил я.

Соня довольно долго молчала, переминаясь на корточках. Потом всё-таки ответила:

— Оглядись вокруг, Арти…

И я огляделся.

Коробка была слишком математически правильной. Во мне включилась та часть моего мозга, которая отвечала за вычисления. Досадно, ведь я уже столько времени не имел возможности дать ей практиковаться!

Вспоминая конфигурацию этажа и лестниц, я автоматически начал прикидывать линии и узлы.