Прошло несколько минут. Мужчина явно кого то ждал.

Наконец дверь кафе снова открылась, юна пороге появилась элегантная женщина лет сорока с черными, хорошо уложенными волосами. Она уверенно направилась к столику седовласого. Коротко поздоровавшись, они вполголоса заговорили, к счастью, по английски.

– Тетрадка у меня, – проговорил мужчина.

– Повелитель будет доволен. Не было никаких проблем? Она вас не видела?

– Нет, я нанял мальчишку. Он проделал все очень ловко.

– Хорошо. Я доложу Повелителю.

Маша достала пудреницу. Делая вид, что поправляет макияж, она направила зеркальце на соседний столик. Мужчина, воровато оглядевшись по сторонам, достал из внутреннего кармана потрепанную тетрадку, вложил ее в меню и передал своей собеседнице. Та положила меню перед собой и, делая вид, что просматривает его, сбросила тетрадку в свою сумочку.

Маша подумала, что можно проделать с этой наглой брюнеткой то же, что только что сделали с ней самой, – нанять уличного воришку, чтобы он в толчее украл у нее сумку вместе с дневником. Правда, денег у Маши почти совсем не осталось.

– Вы свободны, – достаточно невежливо сказала брюнетка своему партнеру. – С вами свяжутся.

Чувствовалось, что, получив дневник, она утратила к нему интерес и тяготится его обществом.

Мужчина встал из за столика и, понурившись, двинулся к выходу.

Едва дверь кафе закрылась за ним, брюнетка достала мобильный телефон и поднесла его к уху. Маша замерла, стараясь не пропустить ни слова.

– Дневник у меня, – вполголоса сообщила женщина. – Да, все прошло гладко. Я передам его завтра, как договаривались, в половине третьего оставлю возле Шейх Эль Балада. Образ уже там? Да, я понимаю.., хорошо, конечно.

Брюнетка спрятала телефон, поднялась и направилась к выходу. Маша вскочила и бросилась следом, оставив на столике купюру.

Выскочив на улицу, она огляделась.

Брюнетка стояла на краю тротуара, кого то поджидая.

Вдруг раздался громкий рев мотора, и из за угла вылетел огромный, сверкающий хромом и черным лаком мотоцикл. За рулем его сидел человек, затянутый в черную кожу, в блестящем космическом шлеме, полностью скрывающем лицо. Мотоциклист притормозил, брюнетка вскочила на седло за его спиной, и странная парочка умчалась на первой космической скорости.

Маша чертыхнулась и разочарованно уставилась вслед мотоциклу.

Дневник деда умчался от нее с грохотом мотора, в ореоле выхлопных газов, и шансов догнать его не было, даже если бы рядом с ней сейчас остановилось такси.

* * *

Через полчаса, миновав площадь Пилотта, по улице Луккези Маша подошла к знаменитому фонтану Треви. Вокруг фонтана толпились многочисленные туристы, любуясь морскими конями в упряжке Океана, блеском и сверканием падающей воды, бросая в фонтан мелкие монеты, чтобы еще раз вернуться в Вечный город. Тут же смуглые мальчишки ныряли в фонтан за этими монетами.

Среди шумной разноязыкой толпы Маша с трудом нашла Старыгина. Реставратор сидел на балюстраде фонтана, пригорюнившись, далекий от окружающего его вечного праздника. Увидев Машу, он оживился и вскочил ей навстречу.

– Ну как, вы догнали его?

– Догнала, но вернуть дневник не удалось, призналась Маша и подробно рассказала о своих приключениях.

Когда она дословно пересказала подслушанный разговор, Дмитрий Алексеевич насторожился.

– Как вы сказали? Где она оставит тетрадку?

– Кажется, она сказала – возле Шейх Эль Палада. Понятия не имею, что это такое.

– Может быть, возле Шейх Эль Балада? уточнил Старыгин.

– Да, точно. А это вам что нибудь говорит?

– Конечно. Это одна из самых древних египетских статуй, она датируется Древним царством.