Я услышала его шаги по паркету. Потом Экейн наклонился надо мной, и тихо произнес:

— Я отведу тебя в комнату.

В его голосе не было ни капли сожаления, или… сочувствия? Не знаю, что я ожидала, но отсутствие этого, почему-то расстроило меня.

Экейн заставил меня подняться на ноги, и потом, взяв за руку, повел на второй этаж. Он освещал нам дорогу карманным фонариком, который достал из кармана штанов. В коридоре с классическим красным ковром на полу, мы остановились. Свет от фонарика, упал на несколько дверей.

— Какая моя комната? — спросила я хрипловатым от слез голосом.

— А я разве не сказал, что мы проведем эту ночь вместе? — спросил Экейн, я развернулась к нему, тщательно следя, за тем, чтобы не упасть.

— Что ты сказал?..

Знал бы он, что у меня творится внутри.

— Ничего. — Целиком серьезно ответил Экейн. Его глаза, как обычно, ничего не выражали. — Почему тебя это смущает, Аура? Некоторое время назад ты сама сказала, что изменилась, разве нет? — тихо спросил он, приближаясь. И я не стала отступать. Внутри я была напряжена словно натянутая струна. Экейн остановился когда нас разделяло несколько сантиметров. Его рука с фонариком опустилась вниз, создавая яркий круг света под нашими ногами, и я уставилась на этот круг. — И, разве не ты утверждала, что мы встречались?

— И что? — я не понимала, к чему он клонит. — Ты подтвердил.

— Все еще любишь меня?

— Чт-т-то? — я резко вскинула голову, наткнувшись на любопытный взгляд Экейна.

— И ты не знаешь, чем мы занимались, там, в твоем прошлом.

— Прекрати уже, ладно? — я наконец поняла, о чем он. Мой голос ожесточился. — Думаешь, я позволю тебе так обращаться со мной? Я не помню, что произошло в прошлом, и поэтому не могу ненавидеть тебя за это. Но сейчас, ты уже сделал столько ужасных вещей, что я тебя ненавижу, поэтому давай договоримся, что ты оставишь меня в покое?

— А как же ответы, что ты так жаждешь получить? — с издевкой спросил он.

Я рассмеялась.

— Ты идиот, вот что я скажу, — копируя холодный тон Экейна сказала я. В его лице ничего не изменилось, словно я только что не выругалась и не обозвала его, или словно в прошлой жизни я всегда с ним так разговаривала. — Я найду другой способ, чтобы все узнать, думаешь, я не сделаю это?! Даже умереть, пытаясь узнать правду, лучше, чем бегать за тобой, и упрашивать, рассказать все! Что угодно лучше, чем находиться рядом с тобой. Ты считаешь, что ты такой неотразимый? Что я в тебя влюблена? Можешь тешить свое самомнение, но тот, кто тебя любит, это, наверное, ты сам. Никто не способен любить такого человека, как ты. И, кстати, можешь больше не «спасать мне жизнь», потому что я даже не хочу, чтобы ты был тем человеком, которому буду благодарна за это!

Глава 15

Снег не прекращался.

Через несколько часов, Эттон-Крик утонул в мягком, пуховом ковре, из белоснежных снежинок, ложащихся друг на друга; высокие пихты вокруг двухэтажного дома Экейна, упирались в черноту, припорошенными верхушками.

Рэн проснулся среди ночи от телефонного звонка, и не разобрав номера, ответил:

— Да?

— Ты говорил, что все уладишь, — раздался глухой голос в телефоне.

— Я уладил, — ответил Рэн. — Я забрал ее из квартиры Адама. Он звонил мне. Искал ее. Выглядел самодовольным.

— Что ты наговорил ей, что она бросилась в его объятия?

— Я ничего не говорил ей, — отрезал Рэн, уставившись в ночь за окном.