Я присела позади него на подлокотник дивана, и наклонилась вперед:

— Позволь мне прогуляться!

— Исключено, — пробубнил он, продолжая пялиться в монитор.

— Не будь таким. Ты что, не веришь мне?

— Да.

— О. Почему?

— Потому, что тебе нельзя доверять. Ты человек, который не заслуживает доверия. Особенно теперь.

— А что теперь?

Рэн резко захлопнул крышку ноутбука, опустил ноги на пол, и выпрямился. Я видела, как напряжена его спина, и мне захотелось провести по ней ладонью, чтобы мышцы расслабились.

— Потому, что ты лжешь, — гробовым голосом ответил он, все еще не оборачиваясь ко мне. — Я не знаю причин, почему ты это делаешь, и зачем, но я точно это чувствую.

— Почему ты так думаешь?

Он резко обернулся:

— Потому, что я вернул твою душу, но ты продолжаешь вести себя так, словно ничего не произошло.

Его пронзительный взгляд готов был выжечь во мне дыру. Я округлила глаза:

— Ты вернул мне душу? Когда?

Он прищурился. Этот оценивающий, подозрительный взгляд очень нравился мне, но не тогда, когда недоверие было по отношению ко мне.

— Ты думаешь, что вылечилась просто так? Только потому, что захотела? Отдохнула? Отоспалась?

— Ммм… нет?

— Нет! Ты неправильно себя ведешь. Слишком спокойно!

— А что я должна делать? Как я должна себя вести?

— Когда человек вспоминает такое прошлое, он не может быть прежним. Что-то в нем должно измениться.

— А что я вспомнила? — я нахмурилась.

Рэн молча смотрел на меня. По его взгляду, я поняла, что он беспокоится. Он чего-то ждет от меня.

— Что я должна вспомнить? — повторила я вопрос. Я хотела, чтобы он сказал, но Рэн не говорил. Он вздохнул, поставил на журнальный столик ноутбук, и погрузился в работу.

— В любом случае, из дома ты никуда не выйдешь, — бескомпромиссно закончил Рэн.

— Ну, уж нет! — Я положила руку на его ноутбук, и юноша мрачно перевел на меня взгляд. — Или ты сейчас же мне все объяснишь, или я тебя доведу до нервного расстройства, что…

— Невозможно, — закончил парень, сбрасывая мою руку с крышки ноутбука, и включая его.

— Как я должна себя вести? — гадала я, скрестив руки на груди, и сверля молчаливую спину Рэна. — Что я вспомнила, что тебе кажется, будто я веду себя спокойно? Ты точно знаешь, — допытывалась я. Рэн игнорировал меня, набирая какие-то тексты на компьютере. — Почему бы тебе не сказать, чтобы мы покончили с этим?

Я склонилась ниже, почти касаясь его спины.

— Чем ты занят, что не слышишь, что я говорю?

Рэн замер. На компьютере был открыт чистый документ.

— Ты же ничего не печатаешь! — возмутилась я.

— Не дыши мне в спину, — он снова обернулся. Я уставилась на него, а он на меня. Затем его взгляд метнулся от глаз к губам, и обратно. — И отойди.

— Не отойду, — упрямо заявила я, — пока не объяснишь причины своего поведения, я не отойду, я ведь сказала.

— Ты уверена? — Рэн раздраженно встал, и мне пришлось соскочить с подлокотника дивана и попятиться.

— Да, я уверена! Мне надоело, что ты относишься ко мне с подозрением, словно я граната, и могу взорваться в любой момент!

— Так и есть.

— Нет, это не так! Со мной все хорошо! Я просто хочу прогуляться!

Рэн прищурился.