|
— Это верно… они никогда не лгут!.. — снова заволновался солдат. — Но как, черт побери, мог к вам пробраться какой-то посетитель?.. Я сплю у двери, Угрюм у окна, а так как никакие блондины, никакие голубые глаза не могут в комнату попасть иначе, как через дверь или окно… если бы они и пытались, и так как у меня и Угрюма слух тонкий, мы бы их приняли по-своему… этих посетителей! Итак, дети, шутки в сторону. Прощу вас объяснить мне все это. Видя, что Дагобер всерьез волнуется и не желая более злоупотреблять его добротой, девушки переглянулись, и Роза, взяв в свои ручки грубую широкую руку ветерана, сказала: — Ну, полно, перестань, не тревожься… мы сейчас расскажем тебе о посещениях нашего прекрасного Габриеля. — Вы начинаете снова… теперь уж у него есть и имя? — Конечно… Его зовут Габриелем. — Не правда ли, какое хорошее имя? вот увидишь… ты не меньше нас полюбишь нашего прекрасного Габриеля. — Полюблю ли я этого прекрасного Габриеля… — отвечал солдат, покачивая головой, — полюблю ли, это будет зависеть от обстоятельств… так как прежде всего я должен знать… — Вдруг он словно что-то вспомнил. — Странно… мне припомнилось… — Что же, Дагобер? — А вот что… Пятнадцать лет тому назад, в последнем письме, которое ваш отец, возвращаясь из Франции, привез мне от жены, она писала, что взяла себе приемыша, покинутого ребенка с чертами херувима и по имени Габриель. Она взяла его на свое попечение несмотря на бедность и на то, что ей надо было выходить нашего Агриколя!.. И вот недавно я об этом Габриеле получил известие… — Через кого? — Сейчас узнаете. — Ну, раз у тебя есть свой Габриель, то тем больше причин любить и нашего. — Вашего… вашего… посмотрим же вашего! Я, право, как на угольях сижу… — Ты знаешь, Дагобер, что мы с Бланш имеем привычку спать, держа друг друга за руку? — Конечно, сколько раз я вами любовался, когда вы так спали ещё в колыбели… я не мог наглядеться на вас, так вы милы! — Ну вот, третьего дня, только что мы уснули, мы увидали… — Так это было во сне!.. — воскликнул Дагобер. — Вы спали… gm`whr, это был сон!.. — Конечно, во сне… Как же могло быть иначе? — Дай же сестре досказать! — Ну, в добрый час, — со вздохом облегчения вымолвил солдат, — в добрый час! Впрочем, я был уверен, что мне нечего беспокоиться, потому что… Ну да это все разно… Так это был сон… мне это все-таки больше нравится… Продолжай же, Роза. — Когда мы заснули, мы увидали обе одинаковый сон. — Обе один сон? — Да, Дагобер. Когда мы проснулись, то рассказали друг другу, что нам приснилось. — И сон был совершенно одинаков! — Удивительное дело! Что же это за сон? — Мы видели во сне, что сидим рядом, я и Бланш. Вдруг к нам подошел прекрасный ангел, в длинной белой одежде, с белокурыми волосами и голубыми глазами. |
