|
Думая о моей богине уничтожения, я тоже радовался тому, как подвозили телеги с гробами. Громадная могила зияла адской пастью, и туда сваливали одних мертвецов на других. А она все ещё разевала пасть… Вдруг рядом со мной при свете факела я увидел старика… он плакал, этот старик… Я уже видал его… это еврей… хранитель того дома… на улице св.Франциска… знаете… Человек в плаще задрожал и смолк. — Хорошо, знаю… чего же вы запнулись? — В этом доме… уже полтораста лет… находится портрет weknbej`… которого я встретил в глубине Индии, на берегах Ганга… Человек в плаще снова прервался и задрожал. — Вероятно, случайное сходство… — Да… монсиньор… сходство и ничего больше… — Ну, а старик еврей?.. Старик-то? — Сейчас… Продолжая плакать, он обратился к могильщику: — Как с гробом? — Вы были правы. Я нашел его во втором ряду другой могилы, — ответил могильщик, — и на нем действительно был крест из семи точек. Как вы могли узнать место и приметы этого гроба? — Увы, не все ли вам равно? — с горькой тоской отвечал еврей. — Вы видите, я очень хорошо это знал. Где же гроб? — Сзади черного мраморного памятника, и, знаете, он спрятан неглубоко. Но поторопитесь. Теперь в суматохе никто ничего не заметит. Вы щедро заплатили, и я хотел, чтобы вам удалось!.. — Что же сделал еврей с этим гробом, на котором было семь точек? — Его сопровождали два человека, которые несли носилки с занавесками. Он зажег фонарь и отправился вместе с ними к указанному могильщиком месту. Там я потерял его из виду из-за скопления катафалков и больше не мог напасть на его след. — Странно действительно… Зачем еврею понадобился гроб?.. Впрочем, мы примем свои меры… быть может, это сообщение очень важно… В это время где-то вдали пробило полночь. — Полночь!.. Уже! — Да, монсиньор. — Надо ехать… Прощайте… Итак, в последний раз вы мне клянетесь, что, как только придет пора и вы получите другую половину распятия, вы сдержите ваше обещание? — Клянусь вам Бохвани. — Не забудьте, что податель половины распятия должен вам ещё кое-что сказать. Вы помните, что именно? — Мне должны сказать: _От чаши до губ ещё далеко_. — Отлично… Прощайте. Тайна и верность. — Тайна и верность, монсиньор, — отвечал человек в плаще. Через несколько секунд фиакр, в котором сидел кардинал Малипьери, двинулся в путь. Другой собеседник, в котором читатель, вероятно, узнал Феринджи, пошел к садовой калитке дома, занимаемого Джальмой. В ту минуту, когда он хотел вложить ключ в замок, к его великому изумлению дверь отворилась и из неё вышел человек. Феринджи бросился на незнакомца и, с силой схватив его за ворот, воскликнул: — Кто вы? Откуда вы идете? Несомненно, незнакомец нашел тон этого вопроса мало успокоительным, потому что, стараясь высвободиться из рук Феринджи, он громко закричал: — Пьер… сюда… ко мне! Немедленно стоявшая в отдалении карета подъехала ближе, и громадный выездной лакей, схватив метиса за плечи, отбросил его назад и помог незнакомцу освободиться. |
