А если они там с ней что нибудь…   начал брат и замолк.

  Дайна Эннис и в самом деле выглядит умирающей, и Онора сильная,   напомнила Аня. – Она сразу увидит воздействие на себя со стороны.

Дин Лугус, в отличие от них, дорогу знал. Его бричка ехала впереди, так что тревожиться из за поисков обратной дороги не надо было. Замолчавший было, Никас вздохнул и с недоумением поделился с Аней своим впечатлением:

  Когда оглашали завещание, я помню, объявили весьма значительную сумму, отписанную дином Хармоном дайне Эннис. Я как то не думал, что она быстро спустит деньги на поддержание здоровья. Неужели все средства, удерживавшие проклятие в стабильном положении, настолько дорогие?

  А почему ты об этом подумал?

  Дом, из которого мы её вывезли… Он страшней того нашего, старенького, в котором мы жили, пока ты не забрала нас в дом дина Хармона.

  Да? – только и сумела сказать Аня и вздохнула:   Я не помню.

  Знаю,   с привычным сочувствием к её беспамятству отозвался Никас. – Но всё же… Да, мы тоже жили в ужасных условиях, почти нищие. Но у нас были чистые полы, а в доме не пахло так ужасающе. И эти паутинные лохмотья на потолке и в углах, как вспомню… Бр…   поёжился брат.

Наверное, он пригляделся к дому, пока Онора и Аня осматривали дайну Эннис.

Помолчав, Аня сказала:

  А мне кажется, они живут здесь недавно.

  Почему ты так думаешь? – удивился Никас.

  Разве ты не заметил, как быстро дин Лугус собрал все вещи в дорогу? Их было очень мало, и все они в основном оказались уже упрятанными в тюки и в пару саквояжей. Сейчас я вспоминаю комнату дайны Эннис и убеждаюсь в этом.

  Агни, а ты не боишься, что, очнувшись в нашем доме, дайна Эннис снова начнёт пакостить?

  Нет,   спокойно ответила Аня. – Я напомню Оноре припугнуть дайну Эннис чем то по части проклятия, и дайна будет послушней ягнёнка.

  Ты так уверена…   пробормотал Никас и глубоко задумался.

К новому высказыванию его побудило резко подпрыгнувшее на колдобине колесо ландо. Он так встревожился, что перегнулся со своего сиденья взглянуть на колесо, издавшее, кажется, едва различимый треск, но ничего не разглядел, а ровный ход ландо далее успокоил его.

  Как ты думаешь, Агни, у Оноры получится?..

Она снова поняла его, несмотря на недоговорённость. Хотя что тут понимать.

  Получится. Зря она, что ли, столько времени просиживала в библиотеке отца? – утешила она его, сама с тревогой думая о том, что будет, если ландо окажется сломанным.

Денег не хватает на самое необходимое для дома и семьи, а теперь ещё придётся тратиться и на ремонт транспорта? И ещё неизвестно, что понадобится Оноре для снятия проклятия с дайны Эннис. Насколько знала Аня реалии работы с магией – даже пусть и поверхностно, лучшие магические артефакты требовали лучших же, а значит – дорогих материалов для их изготовления. Денежные проблемы копятся…

  Порой достаточно твоего уверенного тона, чтобы меня успокоить,   негромко, улыбаясь, сказал Никас. В темноте он не разглядел, что лицо Ани потеряло выражение оптимизма. И сам себе удивился:   Почему же я сегодня такой… что всё пугает и заставляет больно биться сердце?

«Потому что любишь»,   мысленно ответила Аня.

Сырая, промозглая ночь неохотно расступалась перед их транспортом, мгновенно смыкаясь в плотную черноту за их спинами. Вблизи от дома дина Лугуса и дайны Эннис фонарей почти не было. Небольшой ориентир давал лишь слабый свет из редких окон.