– Минуту назад я была на уроке медитации и пыталась сменить ипостась, а потом… Щавель кисленький! Мы мертвы? – спросила я дрогнувшим голосом.

– Тогда все становится понятным, – бесстрастно произнес мужчина.

– Что именно? – Я хотела зареветь от безысходности, как грудь обожгло.

– Ты растворяешься, – прошептал мужчина.

– Что? – подняла я руки и закричала, взирая на исчезающие кисти.

– Милгын, вы с нами? – спросила Илая Литера, склонившись надо мной.

– Да, – прохрипела я, после небольшого замешательства.

Илая Литера кивнула шаманам, и те удалились на дежурство к стенке:

– Такое бывает, – помогла она мне подняться. – Немного практики и самостоятельный полный оборот не за горами.

«Такими темпами скоро я сама окажусь не за горами, а не этот оборот!»

– Вернемся к практике, – прощебетала Илая Литера, переключив внимание на оставшихся испуганных девушек. – Может, вы?

Пока преподаватель испытывала Фену, Карни с Люнеей помогли мне вернуться на свою подушку.

– Ты как? – прошептала Карни.

– Кажется, нормально, – с облегчением я рассматривала свои вернувшиеся пальцы.

– Ты так кричала или каркала… – держалась Люнея за горло.

– Девочки, вижу, вам не терпится сменить ипостась, – неожиданно пропела над нами Илая Литера. – Я вам помогу, – посмотрела она на Люнею, и та согнулась пополам.

К великому счастью, преподаватель не помогала в обороте дважды – она прошлась по всем, а дальше дала нам возможность, так сказать, немного выдохнуть и попрактиковаться самостоятельно. Мы обращались к сущности и вытягивали ее наружу – в основном выходили частичные изменения, поэтому очередь к дежурившим на занятиях шаманам не уменьшалась. Зато момент стеснения был стерт сразу – когда корчишься от боли, тебя не волнует, во что и как ты одет, лишь бы быстрее закончилось это.

Глава 4. Делу время, потехе час

Как и было задумано, в первые выходные мы отправились дружной компанией в город, чтобы отметить жуткое начало учебного года, как обозвал его Грон. Мы были полностью согласны с его высказыванием. Одно радовало – дополнительные занятия мне пообещали начать со следующего месяца, так сказать, дали время привыкнуть к текущей нагрузке.

В уютной закусочной, заполненной студентами Академии, мы плясали, а в перерывах уплетали мелко порезанную юколу из наваги со смесью орехов и ягод и запивали все это фирменным сладким студнем.

– Я так больше не могу, – плакалась на плече Грона Люнея. – Почему я не воздушница? Летала бы на куропатке, а не вот это все!

– Нам легче не приходится, – вступила в спор Клера.

– Ты же сама говорила, вы не сменяете облик, лишь становитесь более гибкими и легкими, – проныла Люнея.

– И что? Нас скручивают в бараний рог, а кости становятся как, – посмотрела она на стол, – как этот студень! Знаешь, не особо приятно растекаться по полу слизью.

– Жуть жуткая, – потряс стаканом Грон.

– Мне нравится студень, – смачно отхлебнул Кром.

– Я не о студне же, – жалостливо протянула Клера.

– Мы и без всех этих изменений на Ягодке славно полетали, – задумчиво накручивала прядь волос на палец Карни.

– Ты про тот наш ночной побег? – скептически приподняла бровь Клера.