Горячая, даже обжигающая ванна расслабляла напряженные мышцы и успокаивала нервы. Крен Рубен спрашивал о подозрениях – и у меня они были. Стела. Именно она пригласила нас на собрание, приветствовала пришедших и яро поддерживала идею борьбы с идеальными и их прихвостнями. Одних подозрений мало, поэтому я думала, как проверить ее. Вода стала почти холодной, когда в дверь заскребли. Разбойник вернулся с прогулки и соскучился по хозяйке.

– Ты живая? – раздался следом голос Хелены. – Твой зверь мешает спать.

Успокаивать евражку было бесполезно, поэтому пришлось вылезать из ванны. Разбойник сразу подпрыгнул и забрался на плечи, воодушевленно попискивая. Все мои домашние наряды, благодаря этому милому другу, приходили в негодность, сверкая дырочками на плечах.

– Конечно-конечно, тоже по тебе соскучилась. – Я погладила его по голове и забралась в кровать. – Спишь?

– Издеваешься? – спросила Хелена. – Или решила поделиться своими синяками? Откажусь.

– Крен Рубен считает, автор статей – это кто-то из нашей группы.

– Почему он так решил?

– Перехватили новый выпуск. Кто писал эту статью, явно слышал, как я ругалась с Олуа.

– Ваша ссора не тайна, – фыркнула Хелена.

На пшеничном поле, окутанном розово-оранжевым сиянием, стояли мы с Шелли. Он крепко прижал меня к себе. Шелли ничего не спрашивал, утешая своим спокойствием. Я не выдержала и разрыдалась.

– Почему вокруг нас что-то происходит, а мы ничего не можем сделать? – всхлипнув, спросила я.

– Мы делаем, но иногда стоит взять паузу. Как твои занятия?

– Нормально, – пожала я плечами. – Знаешь что?

– Что? – улыбнулся Шелли.

– Мне удалось взлететь! – расправила я руки и замахала ими. – Представляешь? Дерри возил меня на Зеленый утес…

– Не рассказывай мне о нем, – перебил меня Шелли. – Лучше соври.

– Почему?

– Я безмерно рад, ты сделала огромный шаг, чтобы побороть страх высоты. Безмерно счастлив и рад за тебя… Дерри делает то, что хотел бы сделать для тебя я. – Шелли рукой обвел пространство вокруг себя и пнул землю. – Могу предложить всего себя и это поле. Больше ничего у меня нет. Милгын, призови эфир, направь его на меня.

– Зачем?

– Сделай это. Прошу. – Он не просил, молил.

Я обратилась к сущности и воззвала к дару. Как и в прошлый раз, откликнулся только эфир. Искрами он засветился, отдаляясь от меня и окутывая Шелли. В то же время вокруг него появились бледные синие искорки.

– Я, кем бы ни был, клянусь никогда не причинять тебе вреда и всегда действовать тебе во благо. Своих слов не нарушу и не предам. Да будет так!

Шелли резко дернул стебли колосьев, и его ладонь покрылась тонкими порезами.

– Зачем? – спросила я, зачарованная игрой сплетающихся искр и затягивающихся кровавых полос. Шелли только что принес клятву на крови, которую невозможно нарушить. – Это глупо. Ты не знаешь меня.

– Невыносимы твои подозрения и сомнения. Я лучше умру, чем предам тебя.

– Не нужна мне эта клятва! Ее можно снять?

– Теоретически – можно, но только по твоему желанию, и когда мы окажемся в реальном мире, а не на этом поле. Милгын, я много думал о твоих словах и подозрениях. Эта клятва – осознанное решение. Прошу, прими ее.

– Разве я могу отказаться? Ты уже все сделал.

– Только половину, чтобы ее запечатлеть, тебе нужно произнести одно предложение.