– Поверь, мне тоже не нравится это делать, – усмехнулась Амелия, направляясь к входной двери со Спуки на плече.

– Знаешь, честно говоря, мне кажется, что тебе-то как раз все нравится, – язвительно бросила я, когда мы прошли через садовую калитку и ступили на узкую лесную тропинку.

Губы Амелии скривились в ухмылке, что, в общем-то, само по себе послужило исчерпывающим ответом.

– А даже если и нравится? Я люблю вызовы. К тому же никогда не знаешь, какие духи поджидают тебя в ямах.

Я со смехом покачала головой, наблюдая, как Спуки спрыгнула с плеча Амелии и полетела к Миссис Чернике, которая гордо несла в зубах найденную ветку.

– Ты так говоришь, будто речь о каком-то аттракционе или о чем-то в этом роде, – добавила я.

– Скоро ты убедишься, что все и вполовину не так плохо, как тебе кажется, – возразила Амелия, пока мы шагали по камням журчащего ручейка.

– А вот книги, где были иллюстрации с этими духами, утверждают обратное.

Я изо всех сил попыталась выбросить из головы эти рисунки. Точно так же, как в последние несколько дней старалась не думать о сегодняшней ночи. От одной мысли о предстоящем испытании по коже пробегали мурашки. А ведь стоял летний вечер, солнце заливало лес теплым ласковым светом. Вокруг было слишком живописно, поэтому в голове никак не укладывалось, что мы вот-вот окажемся у зловещих ям.

До этого момента я не особо задумывалась о плане Амелии, который она озвучила две недели назад за чашкой горячего чая со свежим печеньем: мне предстояло встретиться с духами в ямах здесь, в Раткрогане. И не только потому, что это жутко весело – по крайней мере для Амелии, – это еще и отличная возможность испытать свои возможности с распознаванием аур.

Поскольку ауры духов увидеть сложнее всего, требуется большая концентрация и высокая восприимчивость, чтобы их интерпретировать. И какой-то очень-очень мудрый ученый-колдун в области толкования ауры был твердо убежден, что аурная ведьма или аурный колдун могут называть себя таковыми, только столкнувшись с аурами духов. Во всяком случае, именно это я вычитала в одной из миллиона книг Амелии.

Когда я заикнулась о том, что считаю эти рассуждения крайне нелепыми, Амелия прочла мне часовую лекцию о том, что это скорее ритуал посвящения в ряды аурных ведьм и колдунов, а не проверка. А я ответила, что не уверена, хочу ли быть аурной ведьмой. К счастью, Амелия отнеслась к этому с пониманием, но, поскольку дар у меня в любом случае есть, настояла на том, что мне нужно хотя бы им пользоваться, независимо от того, чему я хочу посвятить дальнейшую жизнь. Поэтому я сдалась и согласилась пройти ритуал посвящения. В конце концов, за последние несколько недель мне действительно понравилось интерпретировать ауры. Этот дар давал возможность лучше понимать чувства других людей, анализировать их характеры.

– Почти пришли, – объявила Амелия, понизив голос, когда мы завернули за большой камень в густом лесу.

Желание развернуться и поскорее удрать выросло до небес. Да и Миссис Черника, судя по ее тихому поскуливанию, тоже предпочла бы оказаться подальше отсюда. Я вздохнула, и в нос сразу ударил едкий запах затхлости. Я скривилась от отвращения:

– Фу, чем это пахнет?

Вопросительно глядя на Амелию, я старалась дышать через рот, потому что с каждым шагом запах плесени становился все более резким.

– Духи, чья магия иссякает, источают запах вечной пустоты.

Меня затрясло всем телом.

– Это отвратительно!

Амелия молча кивнула и отошла в сторону, чтобы я могла взглянуть на мрачный пейзаж, от которого сжалось горло.

– Это Ямы проклятых. Так их называет Совет охотников за духами, – напомнила мне ведьма, указывая на многочисленные круглые ямы в земле.