– Что случилось с травой? – тихо спросила я.

– Остаточная энергия и магия духов поглощается этими железными прутьями. Они, в свою очередь, постепенно рассеивают эту энергию, поэтому трава вянет.

Я неохотно следовала за Амелией к ямам, слыша тихие причитания и стоны, которые постепенно становились все громче.

– А кто следит за тем, чтобы духов никто не выпустил? – задала я следующий вопрос, пытаясь скрыть нервозность.

– Стражи Совета повсюду.

Амелия указала рукой на деревья, и, присмотревшись повнимательнее, я заметила, что из-за листьев и веток выглядывает человек.

– Почему он прячется?

– Потому что духи становятся беспокойными, когда видят члена Совета охотников. Время от времени другие духи пытаются освободить своих собратьев. Конечно, в этом случае охотники не упускают шанс поймать и их. – Ухмыльнувшись, Амелия добавила: – Тебе следует знать, что духи не отличаются особой сообразительностью.

– Это чертовски жутко, – прокомментировала я.

Мой ужас возрастал по мере приближения к ямам. Мерзкий запах становился сильнее, стоны и вой – громче, а температура вдруг упала, кажется, на десяток градусов.

– Сегодня мы займемся духом-марой. Поскольку днем он слабее, чем ночью, это будет легкая мишень, – объяснила Амелия и устремилась к одной из ям.

Я тяжело вздохнула и заставила себя последовать за ней. Перед внутренним взором мелькали зловещие образы всевозможных духов. Тем временем солнце опускалось все ниже, тени удлинялись. Я медленно подошла к Амелии, которая ободряюще коснулась моей руки. С благодарностью сжала ее ладонь и бросила последний взгляд в сторону Миссис Черники и Спуки, которые ждали нас чуть поодаль. Вот бы сейчас поменяться с ними местами.

– Похоже, мара нас пока не заметила, – прошептала Амелия, а затем вскинула руку, пробормотала заклинание и запустила шар света в темную яму.

Из темноты вырвался пронзительный крик, от которого я подпрыгнула.

– З-зачем ты это сделала? – пролепетала я, широко распахнутыми глазами глядя то на Амелию, то на яму.

– Потому что иначе дух не отреагировал бы. В конце концов, сейчас день, а мары показываются только ночью. Но…

Договорить Амелия не успела, потому что раздался еще один пронзительный вопль:

– КТО-О-О ПОСМЕЛ МЕНЯ ТРЕВО-О-ОЖИТЬ?

Не успела я опомниться, как из ямы на нас кинулось нечто, и лишь железные прутья не позволили ему вырваться наружу. В панике я отшатнулась на несколько шагов, не в силах отвести взгляд от жуткого существа. Безжизненные глаза духа пристально следили за мной, его бесплотная, прозрачная оболочка беспокойно перемещалась туда-сюда. Редкие пряди длинных тонких волос свисали с головы, как и лохмотья, которые он носил на тощем теле, напоминающем скелет. К шее была пристегнута железная цепь, которая дребезжала при каждом движении.

– Ве-е-едьмы полнолуния, что-о-о вам от меня нужно? – зашипела мара, не раскрывая рта.

– Не обращай внимания. Полностью сконцентрируйся на интерпретации ауры, – сказала мне Амелия.

В отличие от меня, она совсем не испугалась. Я же по-прежнему не сводила глаз с мары, которая оскалила немногие оставшиеся зубы. Глубоко вздохнув, я постаралась абстрагироваться от духа и закрыла глаза.

– ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ДУМАЕШЬ, ЧТО СМОЖЕШЬ СПРЯТАТЬСЯ ОТ МОЕГО ВЗГЛЯДА? – внезапно прошипел в моей голове злобный призрачный голос. – Я вижу тебя, Лилли Кэмпбелл. Вижу твою бо-о-оль, твое одино-о-очество, даже твоя тоска от меня не скроется.