Настроение у меня было просто отличное, возможно, впервые со дня моего возвращения. Так, с улыбкой, я вошла в кабинет ректора.

– Доброе утро.

– Доброе. – Он, напротив, казался серьезным и немного рассеянным.

– Я готова выполнить любые ваши поручения, – бодро сказала я.

– Вот это личные дела курсантов. – Мадейро показал стопки папок, громоздившиеся на полках в шкафу. – Их необходимо сложить по алфавиту. И по годам зачисления.

– Поняла. – Я сразу направилась к шкафу.

Около получаса прошло в напряженной тишине, я разбирала папки, Мадейро что-то писал за своим столом. Но внезапно он отложил ручку, что-то поискал в ящике и подошел ко мне. В руках у него был некий документ.

– Это ваше направление из Университета Фалвейна к нам на стажировку, – произнес он. – Показываю вам для того, чтобы вы не сомневались в моих словах.

– Спасибо, но это лишнее, – ответила я, возвращая ему документ. – Я уже достаточно убедилась в том, что это правда.

– Почему вы мне поверили? – Ректор привалился плечом к шкафу и скрестил руки на груди. – Не сбежали, не испугались, когда узнали, что вас убил я?

– Потому что… – В груди защемило, сердце застучало быстрее. – Вы не отрицали это, честно ответили на мой вопрос. И про свадьбу тоже. А еще вы написали мне ту записку… Сомневаюсь, что вы бы это сделали, если бы хотели мне зла. И вы ждали меня. Ждали ведь? – Я посмотрела на него с затаенным ожиданием.

– Ждал. – Его ладонь накрыла мою, и в этот миг шкаф качнулся, одна из стопок накренилась, и папки посыпались на пол.

– Гхарк! – выругался Мадейро.

– Сейчас соберу, – спохватилась я, опускаясь на колени.

– Я помогу. – Он присел рядом и начал подбирать разлетевшиеся по полу документы.

– Еще под столом несколько, – показала я, направляясь туда.

Ректор тоже оказался там, мы одновременно потянулись за одной и той же бумагой и случайно столкнулись лбами.

– Простите, – пробормотала я, прикрывая ладонью ушиб. Ох, Калла, какая же глупая и нелепая ситуация! В других обстоятельствах было бы даже забавно, но…

– Я тоже виноват! – Ректор вдруг улыбнулся и моя внутренняя пружина вмиг расслабилась. – Не больно?

– Нет, мне такие мелочи нипочем, через минуту ничего не останется. – Я тоже усмехнулась.

– Покажи… – Мадейро убрал мою руку со лба и осторожно потрогал ушиб.

Он держал мою руку, не выпуская, и был так близко, почти лицом к лицу. Мое дыхание против воли участилось, в животе вспыхнул пожар.

– Мне сегодня снился сон, – вырвалось у меня.

– Какой? – Его дыхание коснулось моих губ.

– В нем вы рассказывали, насколько опасны ваши прикосновения. И поцелуи… Это ведь неправда?

– Правда, – шепнул ректор. – Но к вам, тэра Гранд, это не относится.

Его губы были совсем рядом, но он медлил с поцелуем. А я ждала его, желая и страшась одновременно.

– Итан! – Громкий голос Гварта полоснул словно ножом, безжалостно разрезая оставшиеся миллиметры между нашими губами. Я тотчас отпрянула от ректора, он же с шумом выдохнул.

А орк наконец заметил нас.

– Гхарк, – проговорил он, – я, кажется, помешал. Продолжайте, зайду позже.