Изменить размер шрифта - +
Плевать ему на мою защиту. Для него это ходячий джекпот.

Стянув со лба грязный платок, Смит шумно втянул спертый воздух. Подался всем своим грузным телом через стол. Столешница жалобно скрипнула.

— Принц Уэльский? — хрипло переспросил капер. Губы растянулись в плотоядной ухмылке. — Серьезный покровитель. Позволите взглянуть на этот занятный документ, граф? Исключительно из глубокого уважения к британской короне.

Ага, нашел дурака.

Откинувшись на скрипучую спинку стула, я развел руками и криво усмехнулся.

— Увы, мистер Смит. Подобные вещи в портовые кабаки не таскают. Документ остался на шлюпе. В очень надежном месте!

Англичанин медленно вернулся на свое место. Облизнул пересохшие губы. Взгляд стал тяжелым, липким. Оценивающим.

Кажется, наживка заглочена по самые жабры.

Еще немного потусовавшись, проиграв с два десятка пиастров, англичане, наконец, свалили. Нам, собственно, тоже было пора.

Хозяин приволок счет. Положил заляпанную бумажку на залитый ромом стол.

Левенштерн полез в карман. Ратманов нахмурился. Флотские растерянно переглядывались.

— А где Фоссе? — глухо спросил Ромберг. — Мы договаривались что он, как артельный эконом, оплатит все из общих сумм! Мы и денег с собой не взяли…

Надворный советник испарился. Эконом экспедиции тихо слинял на шлюп. А общая касса, соответственно, уплыла вместе с ним!

Повисла мертвая пауза. Офицеры Российского императорского флота сидели в портовом кабаке без медного гроша. Позорище дикое. На лице трактирщика начала проступать кривая, презрительная усмешка.

Достав собственный кошелек, я вытащил серебро. Бросил тяжелые монеты на доски.

— Закрыто.

Моряки молчали. Желваки на скуле Ратманова перекатывались под кожей.

Вернулись на «Надежду». Солнце плавило палубу. Фоссе обнаружился у грот-мачты. Мелкий чиновник что-то увлеченно строчил в пухлую книжицу.

Я подошел к бывшему полицейскому вплотную. Офицеры встали позади глухой стеной, но не вмешивались, только грели уши.

— Федор Павлович, —тихо, почти шепотом произнес я.

Эконом вздрогнул. Поднял водянистые глазки. Оценил окружение из хмурых флотских лиц.

— Вы бросили офицеров в трактире, сударь.

— Ах, господа! — Фоссе засуетился, прижимая к груди свой гроссбух. — Столько забот-с. Память подвела. Умотался по делам снабжения…

Шагнув ближе, пригвоздил чиновника взглядом к мачте.

— Вы выставили имперских моряков нищими оборванцами. Перед английской рванью.

Лицо советника стремительно потеряло цвет. Стало похожим на старую наволочку.

— Пришлите ко мне секундантов, — ровно закончил фразу. — Будем стреляться. За бесчестье.

Колени Фоссе подкосились. Гроссбух шлепнулся на доски.

— Помилосердствуйте, граф! — взвизгнул эконом. Голос сорвался на поросячий визг. — Какая дуэль⁈ Я человек статский! Бес попутал! Животом замаялся, убег по нужде-с!

Чиновник мелко трясся. Лебезил и унижался на глазах у всей команды. Нес жалкую чушь, размазывая сопли по бледному лицу. Извинения лились мутным потоком.

Смотреть на это было тошно. И главное, ведь наверняка это не было случайностью. С вероятностью сто процентов Фоссе выполнял указание своего начальника — Резанова. Мелкая месть за подбрасывание его к верхушке мачты на празднике Нептуна.

Не в силах скрыть презрение, я брезгливо отвернулся. Мелочные, жалкие дряни!

— Ладно, хрен с тобой. Будем считать, инцидент исчерпан. Но если еще раз… Пошел вон!

Крыса сломалась. А мой авторитет среди флотских взял новую высоту.

На следующий день я решил вплотную заняться доской для серфа. Доска. Мне нужна доска! А то такие волны тут пропадают…

Через Лангсдорфа сначала заказал себе нормальный костюм из местной легкой ткани.

Быстрый переход