|
Ты же не будешь тем мужчиной, который признаёт, что сделал ошибку, говоря о совместном будущем, когда его нет? Нет, ты не такой. Ты любую стену лбом прошибёшь, даже вот эту, несущую, она, кажется, только того и хочет, чтобы ты её снёс, чтобы пасть перед тобой, как и я, и если я это вынесу, я хотела бы выйти за тебя замуж, и тогда я буду так счастлива, что, опять же, могла бы умереть. Мы, одинокие, забиваемся в убежища, но потом так рады, когда нас оттуда, как беженцев, выпускают, пусть и в тюрьму. Тебе никогда не понять меня, но забыть ты меня тоже не сможешь, зато ты можешь делать что хочешь — хоть со мной, хоть со стеной, хоть сейчас, даже не спрашивая меня. Я буду сидеть, убитая воздействием на мою бедную стену, но не долго. Скоро я захочу уйти, как дитя к Отцу нашему небесному, куда детям можно без очереди, чтобы Он мог подарить им Своё Царствие Неб. А ты можешь пристроить из термостекла по фронту сада крытый зимний сад, из-за чего, правда, нельзя будет попасть в подвал, потому что для этого придётся замуровать вход на лестницу. Об этом тебе придётся подумать и ещё раз посмотреть на план, но зато ты можешь прорубить дверь сзади, через которую можно будет попасть прямо в дом. Но из подвала ты уже всё равно не попадёшь на первый этаж, поскольку ты уже заделал соответствующую дверь. Да где же этот план строения, я могу тебе наглядно доказать, что я права, только плана не нахожу, — кому он помешал, кому он мог понадобиться? — для чего нам в подвал и зачем нам планы, ведь мы их выполнили ещё до того, как они возникли. В конце концов, мы нашли друг друга и без плана. Просто на перекрёстке, естественно. Просто и естественно.
Прошу тебя, не уходи! Не уходи! Примерно так я думала уже тогда, когда ты ещё и не приходил. Если ты уйдёшь, я останусь с позором брошенной. И хоть бы кто-нибудь сказал мне почему. Скажи мне — почему? Я рассказываю моим немногим оставшимся подругам, меня несёт, а потом, после долгого потока — ой, немного капнуло на этот лист, это не с дерева упало, это скорее часть того, что было когда-то незыблемо, как дерево, — я затыкаюсь. Зато я раскрываюсь сама, чтобы нечто пережить, и потом снова замыкаюсь. Это всё — беспредельный край, но не моя страна, а царство грохота и грома, ревущей пены и пенного рёва и накрывающего тебя, словно атомный гриб, «нет»: восходящие тучи, под которыми замаскирован любящий, он может выступить против своего противника (тоже любящего, как и он!) и не уступить, посланный партнёру самим небом, — правда, с неполным адресом, да и партнёр не вполне тот. Адрес, правда, дополнен почтой Христа-младенца, но почему же тогда не доходит то, что я делаю и говорю? Короче, этот огромный край — это царство перестроенных одно- или многосемейных домов. Чтобы люди наконец стали счастливыми, им надо всем разом сняться со своих мест и поискать свой собственный путь, но потом они всё равно идут только домой, где они спокойно могут заняться любовью друг с другом или с другими, либо ждать, что позвонит тот, кому захочется делать это с ними. Неважно. Для этого им всегда нужен дом, дом не теряет своей ценности. Тело приходит в негодность. Многих раздражает, что они ещё не обрели того или иного собственного дома. Любовь и страсть перенесут всё, но они не переносят друг друга.
Область истока источников охватывает шестьсот квадратных километров, по мне так это уже беспредельно. Любящий, каковым этот не является, и любящая, как эта, должны понять, и лучше не откладывая, что, если хочешь быть счастливым, всегда есть пределы, даже если сейчас они кажутся далёкими, и что их нельзя переступать, если ты не сама вода. Иначе рано или поздно угодишь в болото, которое, правда, тоже создала вода, когда ей нечего было делать. Теперь там, на этих бездревесных пространствах, живут такие шустрые, приятные животные; приятно, что они такие маленькие и их по большей части не надо видеть, а только растения, пресноводные травы, камыш, зегген (а это что такое? Пожалуйста, напишите мне незамедлительно, если знаете!), ситник и рогоз для обгладывания, говорю же вам: это просто рай! Все эти растения коренятся в насыщенной влагой или хотя бы временами затопленной почве. |
