|
Емкость была запечатана — внимательный наблюдатель мог бы обнаружить следы рун, нанесенных закрывавший горлышко воск; а внутри сосуда переливалось загадочная серебристая субстанция. — Мне тут довелось познакомиться с милой барышней, которая, как она утверждает, совершенно случайно оказалась у тебя в гостях, — продолжил Пугтакль. Виг скривился. — А еще она утверждает, что ты ее поймал и насильно удерживаешь в плену! Не уверен, что ограничение свободы перемещения призрака попадает под определение «похищения», но знаешь, дружище, от тебя я столь коварного поступка просто не ожидал! — Да ладно, — отмахнулся Виг. Касси погрозила ему из-за зеленого стекла и произнесла пару выразительных эпитетов, которые волшебники предпочли не понять. — Просто она помнила, как я грифона ловил, и могла раньше времени выдать, какое существо я собираюсь заявить претендентом на звание Покровителя Года. Гонки закончатся — я ее отпущу. Касси не упустила случай энергичными жестами выразить свое возмущение. — Маловато будет, — перевел Пугтакль. — Мне кажется, ты должен извиниться за свое самоуправство. Как насчет небольшой моральной компенсации? — Пфе! Терпеть не могу вымогателей! — скривился Виг. Однако спорить не стал. Пошарил по карманам, обыскал мантию и выложил перед зеленой бутылью большую серебряную пуговицу, украшенную сложным витым орнаментом. — Достаточно? Касси сложила руки на груди и скорчила страшную рожицу, показывающее ее отношение к маговой «щедрости». — Ну, — протянул эльф, — ты мог бы сказать ей, что она еще не окончательно переступила порог и пообещать посильную помощь… Именно в этот момент, когда волшебники, расслабленные и умиротворенные, приготовились совершить увлекательный экскурс в проблемы теоретической некромантии (51), до Чудурского Леса донеслись отголоски выброшенной раненым мэтром Мориарти Силы. Зеленая бутылка, в которой томилась Касси, пошла трещинами, Корвин заорал и захлопал крыльями. — Кто это? — напрягся Пугтакль, автоматически запуская заклинания, сканирующие близкие и дальние пространства. — Смертью пахнет, — откликнулся Виг. И скорее угадал, чем почувствовал, надвигающуюся беду: — Вайли! Перед рассветом. Эль-Джалад, дом мэтра Вига и прилегающая таверна "Песчаный Кот" Глубоко несчастный господин Вапути, обнимаемый десятком перепуганных животных, служа насестом для еще полутора дюжин всполошеных птичек, прихрамывая на ногу, в которую вцепился хорь чернокнижника, печально наблюдал за безобразием, творящимся у стен старого дома. Весь двор заволок серый туман, сгустившийся до сметанообразного состояния; потом он… как бы сказать… лопнул, покрывшись многочисленными складочками-трещинками, и из воздуха стали проявляться контуры многочисленных фигур. Через минуту Вапути счастливо вздохнул — фигуры оказались вполне человеческими. И конными. То есть — первыми выехали тяжеловооруженные королевские гвардейцы, за ними — ровным шагом вышли арбалетчики; за ними протопала сотня пикинеров; за ними — пять дюжин аркебузиров. Потом из грузового телепорта вывезли пушки. Последними появились держащиеся особняком гномы — серьезные, солидные бородачи, вооруженные тяжелыми щитами и боевыми топорами, они прошлись мимо старого дома так, что задребезжали стекла. — Эй, убогий, — окликнул господина Вапути командир этой армии, — Где тут маги дерутся? Виноторговец чуть отмер. Указал пальцем на север, на Пустыню, где продолжали мелькать молнии и откуда временами доносились громовые раскаты. — Там. — Эй, мажья сила! — окликнул генерал Громдевур мэтра Фледеграна и его помощников. |
