— Шон никак не связан с этим делом, и Рани проверила Коттерила, владельца китайского супермаркета, в котором Алиса делала покупки, и хозяина ее квартиры. Все они чисты как стеклышко. Его зовут Джон Кнапп. Я проверю его еще раз на своем лэптопе.

— Ay Алисы не было знакомых по имени Джон или Джонни?

— Нет. Мне это имя ни о чем не говорит, — качает головой Нил.

Глава двадцать третья

Все еще вторник, 5 ноября, ранний вечер

Засунув свадебное платье в гардероб, мы отправляемся на квартиру Алисы и обнаруживаем там ее хозяина Сзади Боллса — высокого, широкоплечего мужчину с копной вьющихся каштановых волос, припорошенных опилками. В руке у него — длинная отвертка.

— Эй, что это вы делаете? — спрашивает Нил.

— Меняю замки, разве не видите? А кто вы, собственно, такие?

— Мы… из полиции. — Я бросаю на него изучающий взгляд, но Болле даже глазом не моргнул. — Вы не имеете права менять замки. Она еще не выселилась.

— Я хочу купить подарки на Рождество своим внукам, поэтому мне надо, чтобы квартиры не пустовали. У меня на нее много желающих. В ту, что наверху, вчера уже вселились, а завтра придет судебный пристав, чтобы выкинуть тех наркоманов, что живут посередине.

— Но ведь вы могли бы и подождать… — произносит Нил.

Болле направляет отвертку в солнечное сплетение Нила.

— Знаете что? Ваши приятели из полиции все утро морочили мне голову насчет нее. Я не хочу неприятностей. — Он оглядывает меня с головы до ног. — Кстати, она не похожа на полицейскую.

— Она помогает мне вести расследование, — отвечает Нил.

— Вы тоже не очень-то похожи.

— Сэр, вы не имеете права сдавать эту квартиру, в ней могут остаться следы преступления, — настаивает Нил, но хозяин лишь скалит зубы и продолжает откручивать ручку. — Сколько?

— Что сколько?

— Сколько вы хотите за еще одну неделю аренды? — Нил засовывает лэптоп под мышку и достает бумажник.

— Вы должны заплатить за шесть недель.

— Сколько?

— У вас не будет при себе шестисот пятидесяти фунтов, — скалит зубы Болле. — Так и знал, что вы не из полиции.

— Вот вам триста. Никого не вселяйте пока, ладно?

— Нет, этого недостаточно, — смеется Болле.

— Мы проводим расследование, мистер Болле, — произносит Нил, сверкая серыми глазами и отступая, словно готовясь к схватке. — Я могу сделать так, что через час это место опечатают, и тогда вы вообще ничего не получите.

— Нет, не можете, — снова смеется Болле. — Полиция решила, что она бросилась в море, так что никто не собирается ничего расследовать.

Нил делает еще один шаг назад, как бык, готовый ринуться в атаку, и я поспешно открываю рюкзак, достаю кошелек и протягиваю Боллсу еще двести фунтов, оставив себе на все про все лишь сто пятьдесят.

— Пожалуйста, сэр. Она должна вернуться, мы только не знаем когда.

Я чувствую на себе негодующий взгляд Нила, но не собираюсь отступать.

— «Ладно. — Болле выхватывает у нас из рук деньги и запихивает их в задний карман брюк. — Я отменю уборку, которую заказал на завтра. Но я хочу, чтобы вы починили окно, вычистили ковер в спальне и отремонтировали пол в кухне. В январе я приду и все проверю.

— Мы займемся этим, — отвечаю я, пока Нил постепенно приходит в себя. Болле протягивает ему новые ключи, захлопывает ящик с инструментами и удаляется к своему фургону, на боку которого красуется надпись «Сэнди Болле делает все?».