— С базой связался. Они согласовали спуск. Сказали приступать немедленно. Володя, ты остаешься за старшего. Организуешь здесь лагерь, пережидай плохую погоду. Провизии хватит. Скоро должна подойти вторая и третья группы — после того, как стихнет метель. Будете штурмовать высоту без меня, старшим останется на время штурма тренер из второй группы. Все понял?

— Понял, — кивнул тот.

— А мы с Андреем спустим Костю.

Молодов глянул на меня, как бы спрашивая — есть возражения? Я промолчал, хотя и не сильно хотел идти вниз. Я понимал, что штурмовать Эльбрус мне едва ли получится. По крайней мере, не в этот заход. А будет ли второй?

Но обстоятельства были такими, что спорить нельзя. Человеческая жизнь важней амбиций.

Все это мое разочарование тренер без труда прочитал в моих глаза и потому добавил словно бы извиняющимся тоном:

— Я бы и один его спустил, но обязательно нужно вдвоем — на тот случай, если его придётся транспортировать лёжа.

— Волоком потащите? — обижено пробубнил Костя.

— Да. Из двух ледорубов соорудим носилки, — невозмутимо ответил Молодов. — Но надеюсь, что до этого не дойдет.

Тренер некоторое время смотрел на трясущие руки Кости, на то, как тот стучит зубами о железную кружку. Сказал:

— Костя, ты уж извини, что я так, беспардонно, может даже грубо, но грех не воспользоваться уроком, коль такой случай… в общем, парни, смотрите, запоминайте как проявляется горная болезнь. Гипоксия, заторможенность, плохое или медленное выполнение команд.

— Я как будто обезьянка подопытная, — пробурчал Костя.

— Извини, пусть покажется это жестоким, но это важно. Для остальных важно, — ответил Молодов. И продолжил: — Если есть подозрение на горную болезнь — сразу проверяем показатели со стороны сердечно-сосудистой системы — гипоксия будет проявляться учащением пульса, более сто восьмидесяти ударов в минуту, увеличением артериального давления — это можно определить по силе пульсовой волны на запястьях, нарастанием одышки. Если указанные симптомы присутствуют, диагноз горной болезни можно ставить наверняка.

— У меня все нормально, — задыхаясь, ответил парень.

— Костя, дай пульс пощупать, — попросил Генка, но получив полный огня взгляд, замолчал.

— Также во время сна у заболевшего может наблюдаться патологическое редкое дыхание или так называемое «периодическое» дыхание, вызванное снижением уровня углекислоты в крови. Также психические нарушения, галлюцинации. Снижение углекислоты в организме приводит к уменьшению частоты вдохов во сне вследствие снижения активности дыхательного центра головного мозга, что еще больше усиливает гипоксию. Обычно это проявляется в виде приступов удушья или даже временных остановок дыхания во сне.

— Со мной все… в порядке… — Костя говорил с трудом.

— Все в порядке, — кивнул Молодов парню. — Все будет в порядке. Когда спустимся.

Тренер глянул на остальных ребят, сказал напутственно:

— Ребята, мы пошли. Оставляю вас и надеюсь на ваше благоразумие. Тут без озорства. Все серьёзно. Да вы и сами видите.

Молодов кивнул на белого Костю.

— Рацию оставляю вам — будете докладывать каждый час на базу о погоде и обстановке.