– Вижу, руководителю факультета неплохо платят, – заметил Лукас, следя за тем, как Амариллис доставала находку. – Такая кожа стоит недешево.

– Мы собрали деньги и купили ему эту книжку для записей за несколько месяцев до моего ухода. – Амариллис почтительно прикоснулась к золотисто зеленой коже переплета. – Это был подарок по случаю тридцатилетия его работы на факультете. Я ее выбирала. Профессор Ландрет остался доволен.

Что то в ее голосе заставило Лукаса забеспокоиться.

– Ты не собираешься здесь расплакаться, Амариллис? У нас нет на это времени. Оставь до другого случая.

– Я не плачу. – Она шмыгнула носом и вытерла глаза тыльной стороной ладони, затем подошла с записной книжкой к столу. – Подержи фонарик, чтобы я могла читать.

Лукас почувствовал угрызения совести. Ему не стоило забывать, что Ландрет много значил для нее.

– Извини…

– Ничего. – Амариллис принужденно улыбнулась и стала перелистывать страницы. – Мне кажется, мы с миссис Данли единственные, кто испытывал симпатию к бедному профессору. До недавнего времени мне не приходило в голову, что многие на факультете считали его придирчивым, черствым педантом.

– Наверное, они не понимали его так, как ты.

– Лукас, это был блестящий ум. Он посвятил свою жизнь изучению синергетических принципов парапсихологических явлений. Профессор постоянно говорил, что предстоит еще многое в них понять и изучить. Эволюция этих способностей у людей, населяющих Сент Хеленс, шла невообразимо быстрыми темпами.

Лукас согласно хмыкнул.

– На основании тех ограниченных сведений, которыми мы располагаем, можно заключить, что на Земле у людей подобные способности полностью отсутствовали или находились в такой неразвитой форме, что большинство ученых были склонны считать их мифом.

– Да, верно. – Лукас взмахнул фонариком. – Нельзя ли перенести лекцию на другое время? Мне не хотелось бы задерживаться здесь дольше, чем необходимо.

– Ах, конечно, извини, пожалуйста. – Амариллис стала внимательно изучать записи профессора. – Вот этот раздел охватывает последние несколько дней его жизни. Посмотрим, он погиб тринадцатого числа, в пятницу.

– Допустим.

– Нашла. – Амариллис перевернула страницу. – Эти записи относятся к тринадцатому числу. Не знаю, может быть, стоит просмотреть записи за всю неделю?

Лукас взглянул на безукоризненные строчки.

– Почему бы тебе не захватить книжку домой. – Он чувствовал просыпающуюся тревогу, что то его настораживало. – Там ты могла бы ее спокойно полистать.

– Но я не могу уносить ее, – возмутилась Амариллис. – Тогда это будет кража.

– Извини, пожалуйста, но хочу напомнить, что твои действия уже не совсем законны.

– Я отдаю себе в этом полный отчет. – Амариллис с силой сжала кожу переплета. – Но ничего другого придумать я не смогла. Я говорила, что должна действовать решительно и быстро, потому что, по словам миссис Данли, один из родственников профессора Ландрета собирается увезти коробки завтра утром.

– Понятно.

– Мне было непросто решиться пойти сюда, но я сознавала, что действовать надо безотлагательно. Интересы расследования причин гибели профессора были важнее…

– Нельзя ли и эту речь тоже отложить?

– Лукас, что нибудь не так?

– Помимо всего прочего? – Трент стал обостреннее воспринимать окружающее, освободив ощущения. Так он поступал в джунглях. – У меня какое то смутное предчувствие, я ощущаю близкую опасность.

– Ты нервничаешь. Мне не стоило втягивать тебя во все это.