– Значит, это не ты отец Аленки и не ты был любовником Дины? – уточнила я, обращаясь к Мансуру.

– Конечно, нет, – кивнул он. – Да, я знал, что мой непутевый братец напортачил, закрутил роман с симпатичной девчонкой, а когда узнал, что она беременна, бросил ее и уехал снова в Дагестан на родину. Рассказал мне об этом. Я наставлял его вернуться и встретиться с этой девушкой, нельзя так поступать, как поступил он. Шамиль послушал меня и через некоторое время вернулся в Тарасов, встретился с Диной, но… та уже вышла замуж за Василия и сказала тому, что якобы беременна от него. Я так понял, что Дина любила Шамиля, но все же сделала выбор в пользу красивой и беззаботной жизни. Ехать в Дагестан, в наш поселок, где мы родились, у нее не было никакого желания. А потом у моего непутевого братца созрел план: чтобы Дина тянула из мужа деньги и откладывала их, а потом и вообще ограбила его и сбежала вместе с Шамилем и его дочкой в Дагестан и там попросту затеряться. – Мансур пристально посмотрел на брата, а потом продолжил: – Хорошо, что Шамиль мне об этом проболтался, и я решил, что подобного допустить нельзя. Я давно хотел уехать в какой-нибудь крупный город, но пришлось остановить свой выбор на Тарасове. Не так уж и сложно было войти в доверие к Василию и подружиться с ним. К тому же я действительно хороший водитель – с четырнадцати лет за рулем. Плюс случай мне помог, когда к Василию прицепились два поддатых отморозка и я без труда их от него отбил. В общем, я стал работать у Василия и стал вхож в его семью. Тем самым следил за Диной и Аленкой – своей племянницей.

– Ну и Санта-Барбара, – с усмешкой произнесла я. – А Дина знала, что ты брат Шамиля? Думаю, знала, учитывая ваше сходство.

– Конечно, знала. Мы очень похожи, хоть и разница в возрасте пять лет. Я не очень одобрял то, как поступила эта женщина, но… с другой стороны, я понимал ее. Чем бы все это закончилось – не знаю. Я предлагал Шамилю поехать в Москву, заработать денег, а потом вернуться и поговорить с Диной. Возможно, она бы и согласилась с ним уехать…

– Ладно, с этим все понятно, – перебила я. – Остается самый главный вопрос: кто убил Дину и за что? – Я перевела взгляд на Шамиля: – Это сделал ты?

Тот молча продолжал сидеть на стуле, исподлобья смотря на нас.

Вместо него ответил Мансур:

– Шамиль, я подозревал, что это сделал ты, но до последнего не хотел в это верить. Ты даже не сказал тогда, что приехал в Тарасов. А ты ведь был здесь уже больше недели. Ты убил Дину, а потом решил сбежать со своей дочкой, при этом подло подставив меня…

– Она предала меня, – сквозь зубы ответил Шамиль. – Она думала только о себе, о своем благополучии, шлюха… Она… она совсем стала относиться ко мне с презрением. А ведь я уже готов был что-то изменить. Я… я приехал, предложил ей собраться и уехать, в ту же Москву, забрать дочку и уехать, тех денег, которые были у меня, нам бы хватило на первое время. А она… – Шамиль вцепился пальцами в свои волосы и покачал головой, – она повела себя как последняя гадина. Сказала мне прямо в лицо, что больше не любит меня, что я ей больше не нужен. Что больше видеть меня не хочет и что я должен уехать и навсегда исчезнуть из ее жизни. Чтобы я забыл про нее и про дочь… Она… она была беременна от этого куркуля рыжего. Решила остаться с ним и родить ему ребенка. Позарилась на деньги и комфорт. Ну, конечно, зачем ей какой-то нищий дагестанец, когда можно жить припеваючи с этим… Я уговаривал ее, умолял. А она… она просто довела меня. К тому же я немного выпил, этот коньяк мне ударил в голову, я потерял контроль над собой… Ох, да простит меня Аллах! Я взял нож и всадил ей прямо в спину.