– Послушай, что я тебе скажу. – Голос парня совсем слаб. Боль буквально сжигает меня – боль Дика, которая режет и пронизывает все его воспоминания. – Научись доверять друзьям хотя бы иногда, иначе не выживешь.

    Дик сжимает руки в кулаки и опускает голову. Черная челка падает на глаза, скрывая лицо.

    – У меня нет друзей.

    А вот это уже жестоко. Неверяще смотрю на него, понимая, что кричать и спорить сейчас бессмысленно.

    – Есть. – Легкая улыбка на бледных губах. – Они у тебя есть, и я их видел.

    Удивленно смотрю на парня. Видел? Когда?

    – Ты же знаешь, что я могу заглядывать в зеркала твоего замка. А та девочка с золотыми волосами очень даже ничего.

    – Помолчи. Ты должен беречь силы.

    Его брат прикрывает глаза, дыхание слабеет с каждой секундой, но он все же продолжает говорить.

    – Послушай меня, Дик, послушай хоть раз в жизни. Моя смерть очевидна, слишком много яда впитало сегодня это тело. Но ты должен жить, должен продолжать жить, дышать и любить. – Он снова кашляет, кровь толчками бьет из разрубленных артерий, такое ощущение, что его кашель уже никогда не закончится, но он снова справляется с приступом. – И если ты этого не сделаешь и потеряешь ее, я ведь тебя и с того света достану.

    – О ком ты, у меня нет…

    – Не ври…

    Дик молчит, но боль достигает такой силы, что уже я сейчас начну корчиться на этой земле, воспоминания наполнены этой болью под завязку!

    – Потерпи еще чуть-чуть, – шепчет Оська, – осталось недолго.

    Киваю, сжимая зубы и показывая, что поняла. Если это смог выдержать он – значит, как-нибудь смогу и я.

    – …не ври мне, ты ведь любишь ее, эту золотоглазую девушку, я не слепой.

    Боль неожиданно ослабевает, давая мне шанс разогнуться из позы эмбриона. Я чувствую раздражение и резкое неприятие Дика.

    – А раз любишь – значит, сможешь ее удержать.

    Что это за чувство? Такое странное и сильное. Не понимаю, но оно так знакомо.

    – А теперь прощай, сил поддерживать жизнь в этом теле у меня больше нет…

    Дальше боль оглушает, и Оська буквально вышвыривает меня оттуда, пока я еще в своем уме.

    – Ося, что это было?

    – Смерть брата лорда, – хмуро жужжит муха. – Да уж, теперь многое становится понятным.

    – Что именно? – интересуюсь я, стараясь не смотреть на калейдоскоп воспоминаний, снова закружившийся вокруг меня.

    – Многое, – туманно отвечает Оська.

    А в следующее мгновение я открываю глаза уже в своем собственном теле, чувствуя довольно сильную боль в области затылка. Стон вырывается из груди непроизвольно, очень хочется убить Оську.

    – Ну ты как, пришла в себя?

    Медленно поднимаю голову, рассматривая аж четырех совят, прыгающих со сковородками по подушкам.

    – Так, все ясно – у тебя шок! Давай вставай – и поползли отсюда, пока еще и он не очнулся.

    Пытаюсь сесть. Оська уползает с кровати, спрыгивая на пол. Следом исчезает сковородка, грохнув о доски так, что я резко подпрыгиваю, срочно приходя в себя.