— Но ведь ваша больница огромная, нужно больше персонала.

Тут же подключается другая журналистка.

— И нянечек почти не видно, зато видела двух медсестёр, которые полы мыли.

— Не знаю, товарищи, это не в моей компетенции. Я всего лишь санитар, а не администратор.

Антонова этот эпизод профукала, так как была занята в аптеке, поясняя что именно она нашла меня и доверила столь ответственное место.

— Господин Шведов, поясните, пожалуйста, — и как язык у людей поворачивается обозвать «господином» санитара обыкновенного, — вы владеете ещё и кафетерием, и аптечным киоском «Вассербаум». Как такое возможно?

— В жизни мало невозможного. Вспомните, как совсем недавно нашли спившегося бомжа, который владел целой компанией и ничего не знал об этом.

История изрядно нашумела пару недель назад.

— А, так вы подставное лицо? — обрадовались репортёры, ожидая грязных откровений.

— Нет, я люблю всё натуральное и эксклюзивное. Так что аптека и кафетерий действительно мои. Я даже сам пишу статьи и выкадываю книгу в журнале «Илион» в «Шведском уголке».

Почему бы не помочь братским щелкопёрам и их владельцам, пользуясь случаем? Может быть дополнительные продажи спровоцирую?

— Санитар!

Стервятники тут же накинулись на подошедшую Инну Васильевну, чтобы запытать бедненькую, расспросив о дефиците самого младшего больничного персонала. А так как по больнице сегодня шастают представители управления, то у неё могут возникнуть проблемы с «мёртвыми душами». Как же мне её искренне жаль, зарвавшуюся, прямо сердце заболело бы, если б имелось.

По ходу выяснилась небольшая, но радостная вещь. У нашего Гошки идут процессы, показывающие что рак начал уступать свои позиции. Выглядит невероятно, но все анализы это показывают.

Правда понабежацшие журналисты выявили ещё одну странность.

— За последние пару месяцев это уже пятый случай, — обратились к Белкину, который сегодня дежурит. «Рихтер», сам удивлённый, тут же приосанился и выдал.

— Господа, вполне возможно, что якобы «чудесные исцеления», скорее всего связаны с активизацией эффекта плацебо.

— Так в вашей больнице ведутся исследования на эту тему? А где ваш главврач, чтобы узнать поподробнее?

— Олег Владимирович сейчас за рубежом на международной конференции.

Если бы главврач знал какие чудеса творятся у нас, то именно о них сейчас рассказывал бы в Цюрихе. А не об иссечении «по Карсону», тем более, что оно уже устарело в принципе, хотя отсталыми хирургами иногда используется.

Про своё личное чудо, хранящееся у него во внутреннем кармане, Белкин не стал рассказывать, чтобы не сглазить. Там осталось лишь дня на четыре, но я никак не иду ему навстречу. Скотское отношение к другим, таковым и осталось, но врач упорно верит в то, что это мелочи.

Мол, великолепному специалисту позволено быть хамом и гнидой за его талант. Даже его любимые фразы, как бы оправдывают поведение.

— Вот такое я дерьмо, ха-ха-ха!..

— Что положено Зевсу…

Честно говоря, я его уже списал. Пусть трамадол хряпает горстями, коли сам себе помочь не хочет.

Последствия нашествия обеспечили масс-медиа интересными материалами и публике будет о чём потрындеть в ближайшие дни. Трое щелкопёров объединились, чтобы провести совместное журналистское исследование. Случай сам по себе небывалый, так как эта публика не стадна по своей природе. Но, вот же, умудрились сговориться в поисках того, откуда в рядовой больнице возник эффект плацебо.

Может таракан особый завёлся и кусается, может муха «плаце» залетела и гадит на больных выборочно.