— Анатолий, мы о такой составляющей работы не договаривались. Я предпочитаю оставаться в тени.

— Но это же возможная журналистская слава.

Вот блин-картошки недоукомплектованные. У меня может быть есть слава, пусть и в другой области человеческой жизни.

— И что теперь делать?

— Не знаю, но думаю, что это всего лишь случайный всплеск, не более. Не стоит за него цепляться, я не Жар-птица.

— Ладно, разберёмся. Другой вопрос — ты когда собираешься вписаться?

— Да хоть сегодня, если гонорар получу.

Бабки выдали и даже помогли согласовать «прописку» в кафетерии на первом этаже нашего здания. А чтобы пойло не было дешёвым из-за малой суммы и высоких расценок местных реалий, народ даже скинулся. Сюрпризом стало для коллег то, что я непьющий.

— Да ты что, давай хоть для приличия.

— Нет и не приставайте. Только бокал шампансёго на новый год и на день рождения.

— Так это и есть днюха.

По ходу дела одному неугомонному любителю спаивать других пришлось втюхать в лобешник, отключив его на несколько минут. Меня сначала не поняли, потом удивились, а затем засыпали вопросами класса «ты его не убил случаем?»

— Друзья, некоторые наглые беспредельщики не хотят понимать слово «нет». Они искренне считают только свои понятия правильными и навязывают их другим. Вот и приходится вырабатывать таким рефлекс собаки Павлова.

Тут же началась дискуссия (все же филологи, бляха-муха) на тему правильного понимания, а значит и применения слово «беспредел».

— Да какая разница кто гнобит, пользуясь возможностью: мент или сосед по лестничной клетке? Или ваш друг, прислонённый к стенке.

— Игорь, но интеллигентные люди так себя не ведут.

— Вот пусть и мучаются от беспредела со всех сторон. Могут даже стокгольмский синдром подключить для самооправданий.

Сложно спорить сразу со всеми, поэтому сам высказываю то, что думаю, а не реагирую на чьи-то замечания. Так удобнее, чем вдумываться в поток инфы.

— А ты в футбол играешь? — неожиданно разрядил ситуацию зам главреда, — у нас товарищеский матч в субботу.

— Нет, не смогу, так как за одну ведомственную команду именно в субботу обещал сыграть. У них какое-то первенство, а мне охота мяч всласть погонять для динамической разгрузки.

Всё, коллеги и даже пришедший в себя пострадавший, переключились на тему физо. Оказывается все занимаются до усеру, посещают дорогущие заведения и блюдут свою физическую форму.

— Шведов, можем и тебе предложить хороший фитнес-центр. Ты парень крупный, станешь через год ещё и сильным.

Приколисты, мать вашу, небось за нового клиента желаете скидку получить?

— Нет, товарищи заманушники, я себе выбрал более выгодную качалку. Туда прихожу, мне и снаряды выдают, ещё и деньги за мой кач платят.

Постепенно привыкаю к тому, что эти сраные (или странные?) москвичи имеют единую привычку морды вытягивать время от времени.

— Так не бывает, — опять самоуверенность прёт из пупов Земли, — нигде деньги клиентам не платят.

— Ваше право не верить, но мне даже предлагают почаще приходить. А другой правды у меня для вас нет, звиняйте.

Как-то слышал, что в английской юриспруденции есть один интересный мулёк. Если преступление можно описать по-другому, используя те же факты, то оно перестаёт быть престулением. Мол, есть столь искусные адвокаты, которые супера в этой разновидности трактовок и очень хорошо зарабатывают. Может мне в Англию понаехать на заработки, коли последнее время тем же самым приходиться заниматься?

— А какими ещё видами спорта ты владеешь, — не унимается Анатоль, — может в шахматы играешь?

— Могу прыгнуть в длину за десять метров, но за деньги.