|
Один из них держал в руках палку, другой - кухонный нож. - Кошельки! - проговорил первый хриплым голосом. - О, вы, бесспорно, кое-что получите, господа, а именно - хороший удар шпагой. Анжелика схватила бронзовый дверной молоточек и изо всех сил принялась колотить им в дверь. Наконец дверь приоткрыли, и Анжелика скользнула в дом, в то время как де Вард с помощью шпаги удерживал на почтительном расстоянии бродяг, которые, рыча, как волки, рвались к добыче. Глава 31 Дверь ей открыла Ортанс. В ночной рубашке грубого полотна, из которой торчала худая шея, со свечой в руке, она поднималась по лестнице вслед за сестрой и шипела ей в спину. Да, она всегда это говорила, Анжелика потаскуха, потаскуха с раннего детства. Интриганка. Честолюбка, которой нужны только деньги мужа, но она лицемерно пытается убедить всех, будто любит его, а сама ночью шляется с распутниками по парижским притонам. Анжелика не обращала внимания на слова Ортанс. Она прислушивалась к тому, что происходит на улице - оттуда ясно доносился звон оружия, потом раздался душераздирающий крик и затем быстрый топот удаляющихся шагов. - Слышишь? - спросила она Ортанс, нервно схватив ее за руку. - Что? - Крик! Там кого-то ранили. - Ну и что? Ночь принадлежит бродягам и бретерам. Ни одна достойная женщина не станет разгуливать по Парижу после захода солнца. Но это позволила себе моя родная сестра! Она подняла свечу, осветив лицо Анжелики. - Ты бы взглянула на себя! Боже мой! У тебя вид куртизанки, которая только что рассталась со своим любовником. Анжелика вырвала у нее подсвечник. - А у тебя вид ханжи, которой недостает любовника. Иди к своему мужу-прокурору, который в постели умеет лишь храпеть. *** Анжелика долго сидела у окна, не решаясь лечь и уснуть. Она не плакала. Мысленно она вновь переживала весь этот ужасный день. Ей казалось, что прошла целая вечность с той минуты, когда Барба вошла в комнату и сказала: "Я принесла парное молоко для малыша". За это время умерла Марго, а она, Анжелика, вопреки своей воле изменила Жоффрею. Мыслями она снова вернулась к Жоффрею. Пока он был с нею, заполнял ее жизнь, она не понимала, как он был прав, когда говорил ей: "Вы созданы для любви". Некоторые эпизоды ее детства настолько поразили Анжелику своей пошлостью, породили в ней отвращение, страх, что она считала себя холодной женщиной. Жоффрей не только сумел переубедить ее в этом, но и пробудил в ней влечение к чувственным наслаждениям, для которых словно было создано ее тело, тело здоровой девушки, выросшей в деревне. Это иногда вызывало беспокойство мужа. Она вспомнила, как однажды летним днем, когда она млела от его ласк, он вдруг резко спросил ее: - Ты будешь мне изменять? - Нет, никогда. Я люблю тебя одного. - Если ты изменишь мне, я тебя убью! "Вот и хорошо, пусть он убьет меня! - подумала Анжелика, вставая. - Какое это будет счастье - умереть от его руки. Я люблю его!" Облокотившись на подоконник, она повторила в темноту ночного города: "Я люблю тебя". В комнате тихо посапывал во сне Флоримон. Анжелике все же удалось заснуть на часок, но едва забрезжил рассвет, она была на ногах. |
