|
Наконец она не выдержала: - Вы его видели? - Кого? - Моего мужа? - Нет, что вы! Об этом не может быть и речи, он совершенно изолирован. Де Пейрак не должен ни с кем ни видеться, ни переписываться, за это комендант Бастилии отвечает своей головой. - Как с ним обращаются? - Пока хорошо. У него в камере есть даже кровать и два стула, и ему подают обед из кухни коменданта тюрьмы. Мне рассказали также, что он часто поет и кусочками штукатурки исписал математическими формулами все стены своей камеры. И еще он пытается приручить двух огромных пауков. - О, узнаю Жоффрея, - улыбнулась Анжелика. Но на Глаза ее набежали слезы. Значит, он жив, он не превратился в слепого и глухого призрака, и стены Бастилии оказались недостаточно непроницаемы, чтобы сквозь них не пробилось эхо его неутомимой жизненной силы. Она подняла взгляд на Дегре. - Спасибо, мэтр. Адвокат с досадой отвел глаза: - Не надо меня благодарить. Дело необычайно трудное. Должен вам признаться, чтобы добыть эти скудные сведения, я истратил все деньги, что получил от вас. - Деньги не имеют значения. Скажите, сколько вам Нужно, чтобы продолжить расследование? Но молодой адвокат упорно продолжал глядеть в сторону, словно он, обычно такой бойкий на язык, вдруг оробел. - Сказать по чести, - решился он наконец, - я даже подумываю, не должен ли постараться вернуть вам ваши деньги. Мне кажется, я поступил несколько неосмотрительно, согласившись вести дело, судя по всему, весьма сложное. - Вы отказываетесь защищать моего мужа? - вскричала Анжелика. Еще вчера она не могла побороть в себе чувство недоверия к адвокату, который, несмотря на все свои великолепные дипломы, влачил жизнь полуголодного бедняка, но сейчас, когда он дал понять, что намерен отказаться от защиты, ее охватила паника. Он покачал головой и сказал: - Чтобы защищать, нужны обвинения. - А в чем его обвиняют? - Официально - ни в чем. Он просто не существует. - Но тогда его не смогут осудить. - Сударыня, о нем могут навсегда забыть. В подземельях Бастилии есть узники, которые сидят по тридцать - сорок лет, и они уже сами не помнят ни своего имени, ни за что их заточили в тюрьму. Вот почему я и говорю: его единственное спасение - добиться процесса. Но даже в том случае, если процесс будет, он скорее всего состоится при закрытых дверях, и подсудимому не разрешат иметь адвоката. Так что вы истратите ваши деньги впустую. Анжелика подошла к нему и внимательно взглянула ему в глаза. - Вы боитесь? - Нет, но меня гложут сомнения. Не лучше ли для меня не вести никакого дела, чем идти на скандал? И не лучше ли для вас вместе с ребенком скрыться где-нибудь в глуши, подальше от столицы, и жить там на оставшиеся у вас деньги, чем рисковать своей жизнью? И не лучше ли для вашего мужа провести несколько лет в тюрьме, чем на процессе быть обвиненным... в колдовстве и в святотатстве? У Анжелики вырвался вздох облегчения: - Колдовство и святотатство!.. Значит, вот в чем его обвиняют! - Во всяком случае, это обвинение послужило поводом для ареста. - Тогда все не так страшно! Просто это результат невежества архиепископа Тулузского! Анжелика подробно рассказала молодому адвокату о ссорах между архиепископом и графом де Пейраком, о том, как граф нашел способ добывать золото из горных пород, а архиепископ, завидуя его богатству, решил завладеть секретом, хотя, по существу, здесь нет никакого секрета. |
