|
Теперь она уже не сомневалась: причина всей трагедии кроется в этом ларце. Кто может быть заинтересован в том, чтобы она молчала? Самые высокопоставленные люди королевства - мессир Фуке, принц Конде, одним словом, все эти знатные вельможи, свидетельство измены которых - аккуратно сложенные письма - многие годы хранилось в сандаловом ларце. Анжелика весьма холодно покачала головой: - Я очень сожалею, сударыня, но, видимо, я слишком бестолкова и не поняла ни слова из того, что вы мне сказали. - Ну что ж, подумайте, моя милочка, подумайте и потом дадите ответ. Только чтобы не было слишком поздно. В ближайшие дни, договорились? Смотрите, смотрите, красавица моя, может, это все-таки лучше, чем... И, нагнувшись к самому уху Анжелики, она прошептала: - ...чем потерять жизнь? Глава 33 - Как, по-вашему, господин Дегре, с какой целью неизвестный вельможа предлагает мне замок и сто тысяч ливров ренты? - Черт подери! - воскликнул адвокат. - Я думаю, что цель у него та же, что была бы и у меня, предложи я вам сто тысяч ливров ренты. Анжелика, не поняв, посмотрела на Дегре и вдруг чуть покраснела под его дерзким взглядом. До сих пор она видела в нем только адвоката. Сейчас с некоторым смущением она подумала, что перед ней сидит полный сил молодой мужчина. Красавцем его не назовешь, у него слишком длинный нос, неровные зубы, но лицо очень выразительно, и он хорошо сложен. Мэтр Фалло утверждал, будто, кроме таланта и эрудиции, у Дегре нет ничего, что помогло бы ему стать уважаемым магистратом. Он почти не встречался со своими коллегами и, как в студенческие годы, продолжал шататься по кабакам. Именно поэтому ему и поручали некоторые дела, расследование которых требовало посещения таких злачных мест, куда благонравные господа из квартала Сен-Ландри не осмеливались сунуть носа из страха погубить там свою душу. - Нет, - сказала Анжелика. - Это совсем не то, что вы думаете. Я поставлю вопрос иначе: почему меня дважды пытались убить, то есть заставить меня молчать еще более верным способом? Лицо адвоката сразу помрачнело. - О, именно этого я и боялся, - проговорил он. До сих пор он в непринужденной позе сидел на краю стола в маленьком кабинете прокурора Фалло. Теперь он с серьезным видом сел напротив Анжелики. - Сударыня, - продолжал он, - возможно, я не внушаю вам большого доверия как адвокат. Однако в данном случае мне кажется, что ваш уважаемый зять не ошибся, адресовав вас ко мне, так как для ведения дела вашего мужа требуется скорее частный сыщик, каковым волею судеб я и являюсь, чем дотошный знаток буквы и духа закона. Но скажу вам прямо, я не сумею распутать этот клубок, если вы не расскажете мне все, что вам известно, чтобы я шел по правильному пути. Короче, я жажду задать вам один вопрос... Он встал, подошел к двери проверить, нет ли кого за ней, приподнял занавеску, которая закрывала полки с папками, и, вернувшись к Анжелике, спросил вполголоса: - Что знаете вы и ваш муж такого, чего может бояться один из самых могущественных людей Франции? Я имею в виду мессира Фуке. У Анжелики даже губы побелели. Она в растерянности смотрела на адвоката. - Ясно, я вижу, что-то есть, - продолжал Дегре. - Сейчас я жду вестей от своего шпиона, подосланного к Мазарини. А другой мой шпион навел меня на след одного слуги, некоего Клемана Тоннеля, который в свое время был на побегушках у Конде... - И дворецким у нас, в Тулузе... - Вот именно. Этот человек также тесно связан с мессиром Фуке. |
