– Где они были? – спросила она, когда Адель добралась до вершины холма.

– Прямо под подушкой на моем кресле. Это что‑то!

– Ты вроде бы говорила, что все обыскала?

– Ну да! Ну конечно! Только одно упустила. Позабыла обратиться за помощью к Господу.

Краешком глаза Лизл углядела, что Уилл замер, едва надкусив сандвич. Она безмолвно застонала. Адель была из Заново Рожденных. Она могла бесконечно толковать об Иисусе.

– Чудесно, Адель, – быстро сказала Лизл. – Кстати, это Уилл Райерсон.

Уилл с Аделью обменялись кивками и приветствиями, но Адель не свернула с излюбленной темы.

– Дайте же мне рассказать, как Господь мне помог, – продолжала она. – После того как ты забросила меня до мой вчера вечером, я позвала большого Дуэйна и маленького Дуэйна, и мы встали на колени посреди гостиной и стали молиться, чтобы Господь помог мне найти ключи. Мы проделали это вчера вечером дважды и еще раз сегодня утром, как раз перед тем, как за маленьким Дуэйном пришел школьный автобус. И знаете что?

Лизл ждала. Вопрос явно не был риторическим, так что она с огромным усилием принудила себя ответить:

– Ключи нашлись.

– Хвала Господу, да! Сегодня утром большой Дуэйн привез меня на службу, я подхожу к столу, сажусь в кресло, чувствую что‑то твердое под подушкой. Смотрю, и – хвала Господу! – это они! Это просто маленькое чудо, вот что! Потому что я знаю – вчера их там не было! Бог нашел их и положил туда, куда я обязательно села бы. Я просто знаю, что Он это сделал. Пути Господни неисповедимы, правда? – Она повернулась и побежала вниз по склону, вскрикивая и бормоча всю дорогу: – Сегодня я целый день буду свидетельствовать и благодарить Его, свидетельствовать и благодарить моего великолепного Господа. Всем пока!

– Пока, Адель, – вымолвила Лизл.

Она оглянулась и посмотрела на Уилла, увидела, что он сидит прислонившись к дереву и глядя вслед удаляющейся Адели, а сандвич, забытый, лежит у него на коленях.

– Невероятно! – пробормотал он.

– В чем дело? – спросила она.

– Вот такие люди отбивают у меня аппетит.

– Ничто не способно отбить у вас аппетит.

– Адели мира сего способны. Я хочу сказать, каким же можно быть пустоголовым!

– Она никому не причиняет вреда.

– В самом деле? А мне интересно, что она знает, куда смотрит? Бог не наколдовывает удачу. Он не подворачивается под руку, чтобы помочь найти ключи или обеспечить хорошую погоду для церковного пикника в День труда.

Лизл видела, что Уилл начинает горячиться. Обычно он избегал религиозных тем – во всем прочем вел игру честно, но, похоже, не любил рассуждать о Боге. Это обещает быть интересным. Пусть продолжает.

– Бог помог ей найти ключи от машины. Замечательно. Просто великолепно. Воздай хвалу Господу и передай мне картофельное пюре. Где ее голова, хотел бы я знать? У нас, в таких странах, как Эфиопия, голодают тысячи, нет, сотни тысяч людей. Отчаявшиеся отцы и матери стоят на коленях рядом с опухшими от голода детьми и вопиют к небесам ради нескольких капель дождя, что бы можно было вырастить хлеб и накормить семьи. Бог им не отвечает. Вся эта проклятая религия остается помойным ведром, где барахтаются, словно мухи, дети и взрослые. Однако Адель быстренько проборматывает парочку «Отче наш», и Бог тут как тут – находит пропавшие ключи и сует их под подушку, прямо туда, где она обязательно обнаружит их с утра пораньше. Дождя в Эфиопии нет, но Адель как‑ее‑там получила свои чертовы ключи. – Он прервался, чтобы перевести дух, и посмотрел на Лизл. – В этом сценарии что‑то не так, или дело во мне?

Лизл смотрела на Уилла в полном ошеломлении.