— Нет, мэм. О нет! Он не болен!

Она внимательно вгляделась в его лицо. Теперь она заметила его выражение глубокой меланхолии и ей тут же стало плохо от дурных предчувствий. Она выдавила:

— Не… не… умер?

— Нет, он не умер, — ответил мистер Сканторп по-прежнему мрачно. — Я думаю, можно сказать, его дела не настолько плохи. Но, заметьте, я не могу сказать, что он останется жив, если мы о нем не позаботимся, потому что когда молодой человек начинает… Но неважно!

— Неважно! — вскричала Арабелла, побледнев от волнения. — О, да в чем же дело? Умоляю, умоляю, скажите скорей!

Мистер Сканторп посмотрел на нее с беспокойством.

— Лучше велите принести нюхательной соли, — предложил он. — Не хочу расстраивать леди. Ужасный удар. Лучше велите принести пузырек с нашатырем и стакан воды. Позвоните в колокольчик!

— Нет, нет, мне ничего не нужно! Пожалуйста! Не заставляйте меня так долго ждать! — попросила его Арабелла, схватившись обеими руками за спинку стула.

Мистер Сканторп опять прочистил горло.

— Подумал, лучше прийти к вам, — сказал он. — Вы сестра. Был бы сам счастлив помочь, но тоже в затруднении. Временно, конечно, но тем не менее. Вы должны вытащить Бертрама из омута, в который он бросился!

— Из омута? — охнула Арабелла.

Мистер Сканторп догадался, что его неправильно поняли, и поторопился уточнить:

— Нет, нет, он не утонул! — заверил он ее. — Бедняга поддался страсти! Весь по уши!

— Бертрам поддался страсти? — повторила Арабелла с сомнением.

Мистер Сканторп кивнул.

— Именно. Понесся во весь опор. Разметали в клочья. Разнесли в пух и прах.

К этому времени Арабелла уже так запуталась, что не могла понять, то ли ее несчастный брат утонул, то ли его постигла роковая любовь, то ли он попал под копыта лошади и разбился. Ее сердце билось неровно, она так волновалась, что могла говорить только шепотом. Она прошептала:

— Он сильно ранен? Его увезли в больницу?

— Больница здесь ни при чем, мэм, — сказал мистер Сканторп. — Скорее всего, его упрячут в яму.

Это высказывание, вызвавшее в воображении Арабеллы видение могилы, почти лишило ее чувств. Глазами, полными боли, она посмотрела на мистера Сканторпа.

— В яму? — повторила она замирающим голосом.

— Долговую, — подтвердил мистер Сканторп, печально кивая головой. — Я говорил ему. Он не слушал. Обратите внимание, если бы в тот раз выгорело, он бы расплатился со всеми — и конец. К несчастью, не выгорело. Очень редко выгорает, можете мне поверить.

По мере того, как смысл этой речи медленно доходил до сознания Арабеллы, ее щеки опять начали розоветь. Ее ноги сильно дрожали, она опустилась в кресло и сказала:

— Вы хотите сказать, у него долги?

Мистер Сканторп посмотрел на нее слегка удивленно:

— Я именно это вам и сказал, мэм! — заметил он.

— Боже мой, как я могла не догадаться?.. О, я так боялась, что случится что-то подобное! Спасибо, что вы пришли сэр! Вы правильно сделали!

Мистер Сканторп покраснел:

— Всегда рад услужить!

— Я должна пойти к нему! — сказала Арабелла. — Не будете ли вы так любезны, чтобы сопроводить меня? Я не хочу брать с собой служанку, но я думаю, может быть, мне не следует идти одной.

— Конечно, — согласился мистер Сканторп. — Но лучше вам не ходить, мэм! Это не для вас.