— Дети, — сказала до сих пор молчавшая Саня.

Девочки в наш разговор не лезли, но сидели рядом, все вместе, держась за руки. Рина очень выделялась большим животом, мне все время хотелось ее обнимать, трудно было руки держать при себе. Но — слишком важный разговор.

— Да, дети, — поддержал Аркадий. — Мы обещали нашим людям возможность выкупить рабов на все фонды экспедиции, которые окажутся невостребованными. Если будем мирно уходить. Полагаю, эту возможность им надо предоставить? — он вопросительно поглядел на меня.

— Согласен, — кивнул я. И добавил: — Опять же, соблазнительно выдвинуть Цветку в качестве одного из условий — отдавайте нам всех неинициированных детей! Но остаются те же моменты, которые я уже перечислял: что с этими детьми потом будет, если мы заберем их у родителей, вырвем из привычной жизни и массово отправим пусть даже в самые лучшие детские дома под нашим личным присмотром? Нет, их надо забирать только в семьи! Другое дело, что нефиг тратить орденское золото там, где можно просто конфисковать.

— Золотые слова, — усмехнулся Вальтрен. — Я лично планирую забрать все семейство Кельна. Желательно, вместе с его матерью. Не дело оставлять на Цветке такую уязвимость.

— Я думаю, мы можем взять минимум троих, — подала голос Ксюша. — Или даже четверых, если место будет. Все равно новую пристройку ставить! Я бы лично предпочла девочек, у нас их явная нехватка. Но кого получится.

Я поглядел на Гаврилкина.

— А это решать капитану «Первопроходца». Сколько мест он может выделить на обратную дорогу?

— Посчитаем, — кивнул тот. — Но если вы собираетесь оставлять на Цветке контингент…

— Скелетный персонал посольства, — подтвердил Аркадий. — С охраной из боевых магов. Согласно одному из планов экспедиции.

— … Тогда часть ресурсов «Первопроходца» на обратный путь будет не задействована, — продолжил Гаврилкин. — Алексей Миронович, посчитаете? — это он обратился к своему старпому.

— Мне нужен примерный список вашего посольства, — тот уже повернулся к Аркадию, — и в течение часа я вам скажу, сколько мы можем разместить на корабле несовершеннолетних беженцев.

…Фалей Рузон, Мастер Плетельщик, наследник Мастера Жизнелюба, единственный оставшийся в живых старший ученик Мастера Стратига, а также главы Розового, Синего, Фиолетового, Белого и Коричневого лепестков подписали рамочное соглашение о сотрудничестве с Орденом, что называется, без единого писка. Также без единого писка они согласились на строительство нового, Серого Лепестка силами Ордена. Главой этого Лепестка временно назначался Валь — до прибытия смены с Терры. А мы, все остальные, полетели домой, увозя полный корабль новых граждан Ордена. В том числе членов клана Урагановых: четверых девочек, как и хотела Ксюша. Трех — наших, а одну, совсем мелкую, взяла мама. Сказала, что всегда хотела дочку, но еще раз рожать ей категорически некогда!

Еще при нас же летели Кельн, его младший братишка (совсем кроха, ровесник Терентия!) и двое сестер — серьезные такие барышни восьми и девяти лет. Мать их, к несчастью, погибла во время восстания на фазенде Жизнелюба — но, говорят, зато именно она дотянулась и таки прикончила самого Симеона Ареопагита. А дети уцелели, потому что их еще раньше выкупил Фалей Рузон. Видно, старый интриган как-то хотел использовать малышей в качестве заложников. В итоге, к счастью, кишка у него тонка оказалась.

Вальтрен должен был задержаться на Цветке сравнительно ненадолго — только до прибытия постоянного орденского посла. Однако детей он попросил меня забрать сразу и по возможности все объяснить леди Кресайн.

Я героически согласился выполнить эту просьбу.