— Хуже! — засмеялась его жена. — Она говорит: «Ой, мне кажется, вы пытаетесь сказать мне то-то и то-то? А можно прямым текстом, а то вдруг я в следующий раз не пойму!» Если честно, немного обескураживает.

— И каков твой вердикт?

— Абсолютно адекватна. Довольно прямолинейная логика, которая для остальных иногда выглядит странными скачками интуиции, но, скажу я тебе, на мой взгляд эта девушка, если бы ее подучить, могла бы составить конкуренцию Весёлову или Колганову в качестве аналитика!

— То есть этот ее кит действительно разумен?

— Тут я ничего не могу тебе сказать. Но Селиванова в это верит. И точно так же в это верят те, кто с ней прилетел. Ну… процентов на семьдесят, я бы сказала, но верят. А ее собрачницы верят на все девяносто восемь.

Михаил Николаевич нетерпеливо кивнул: это он тоже уже понял.

— Тогда, пожалуй, первая идея этих юных сумасбродок действительно не так уж глупа… — пробормотал он. — Дадим млекопитающему гражданство Ордена — и дело с концом.

— Может, ты его еще и на военную службу отправишь? — с иронией поинтересовалась Виктория Афанасьевна.

Бастрыкин хмыкнул.

— А почему нет? В качестве служебной командировки оформим его полет в сопровождении «Первопроходца». Раз Селиванова и ее команда уверены, что экспедицию нужно срочно выручать, так будет проще всего.

— То есть «Первопроходец» готов к выходу? — удивилась Бастрыкина. — Я думала, он еще на испытаниях, именно поэтому Весёлов с Урагановым полетели на этой хлипкой конструкции, а не на нем…

— Не совсем так, — покачал головой Бастрыкин. — Корабль действительно еще не завершил испытательную программу к моменту их отлета, и мы не хотели форсировать. Ведь эти полгода могли оказаться критически важными. А лететь без зверя-горы было нельзя — ориентироваться в метакосмосе мы не умеем, сами дорогу не найдем. Плюс наши метакосмозоологи были почти уверены, что зверь-гора, будучи гигантским метакосмическим монстром, не потерпит рядом с собой корабль, которого может принять за конкурента! И, кстати, задним числом Селиванова этот вывод подтвердила: «Первопроходец» относительно велик, кит поначалу воспринял его как угрозу — пока она ему все не объяснила. Ну а теперь у нас есть возможность пообщаться с китом, он может проводить корабль, и сам «Первопроходец» уже полностью готов. Даже выступил на свою первую миссию — расставлять буи для метакосмических течений в непосредственной близости от Терры.

— Так, погоди, — нахмурилась Виктория Афанасьевна. — Ты знаешь, я гуманитарий по складу ума и совсем ничего не понимаю! Как это он полетел на миссию, когда систему навигации так и не доработали?

— Для того, чтобы расставлять буи, не нужно удаляться от Терры слишком далеко, наши инерционные навигаторы вполне справляются. «Первопроходец» полностью снаряжен для дальнего похода, но находится совсем рядом, может вернуться в родную гавань буквально в течении пары суток. Неделя-другая на откорм кита — и они могут выступать, если я верно понял Селиванову.

— Повезло им, что все можно так быстро организовать… — задумчиво произнесла Бастрыкина.

— Ураганов и везение? — Михаил Николаевич хмыкнул. — Помнишь, у нас был уже об этом разговор.

— Да, действительно, — Виктория Афанасьевна вздохнула. — Бедный ты бедный! Как ты все это будешь разруливать на международной арене? Я даже не представляю! Метакосмический кит как гражданин Ордена! Это же такой… я даже не знаю, козырь в рукаве или чемодан без ручки?

— Я пока тоже не знаю, — проворчал Бастрыкин. — Надеюсь, Ураганов вернет мне двуличного хмыря в целости и сохранности — пусть тоже думает! Хватит уже меня бросать в самые напряженные моменты! Вроде как обещанную лодочку сделал — и снова слинял! У нас тут новый виток обострения международных отношений, того и гляди ракеты полетят — а он где-то там… манкирует своими обязанностями!

— Вообще-то, ты сам его отправил, — напомнила жена.