Гримуар помолчал, словно обдумывая мой ответ.

— Я дал тебе основу, — наконец произнёс он. — С неё и следует начинать.

Я не ответил, продолжая водить пальцем по строчкам. И вот, в одном из абзацев, за витиеватыми оборотами и аллегориями, я нашёл то, что искал. Ключ.

Сжать.

Слово было простым, но оно заставило всё встать на свои места. Я перечитал строку ещё раз. Энергию нужно было не просто направить. Её нужно было сжать, сконцентрировать. Пропустить весь поток будто бы через тонкую трубку.

И в зависимости от того, насколько сильным будет это сжатие, насколько узким будет проход, зависела и сила удара, и расход энергии.

Мысль обожгла. Я откинулся на спинку кресла, закрывая глаза. Тот удар в подземелье. Я вспомнил его во всех деталях. Неконтролируемый выброс силы, вырвавшийся из меня, как вода из прорванной плотины. Я просто толкнул эту волну вперёд.

Я ударил по тому культисту так, словно пытался разрушить стену из артиллерийского орудия, когда достаточно было бы точного выстрела. Я направил в него огромный поток энергии. Большая часть просто рассеялась, ушла в стены, в воздух, сотрясая пространство. И лишь малая толика достигла цели. А если бы я сжал эту силу? Сконцентрировал её в одну точку, в иглу? Я бы потратил кроху сил и пронзил бы его душу насквозь в районе головы, прямо как снайпер.

— Твоя аналогия с мостом была неточной, — сказал я в тишину комнаты.

— Попробуй сам перевести с древнего эльфийсколатинского, подселенец, — безразлично отозвался гримуар. — Мост — самая простая аллегория, которую я смог подобрать для твоего человеческого разума.

Я замер. Древний эльфийсколатинский. Это объясняло многое. Неудивительно, что я с трудом продирался сквозь текст, который, по сути, был двойным переводом с языка, о существовании которого я и не подозревал.

— Погоди. Эльфы разговаривали на латыни?

— На древнем эльфийсколатинском, — поправила книга. — Это язык, на котором они писали свою магию.

— А кто… — я помедлил, формулируя вопрос, — кто создал тебя? Эльф?

— Полуэльф, — последовал короткий ответ.

Да ладно. Полуэльф? Серьезно? То есть рассказы в книгах из моей реальности имели место быть здесь?..

— Серьёзно? И такие тут есть?

— А что тебя удивляет? — в голосе книги проскользнуло нечто похожее на снисхождение. — Человеческая женщина может забеременеть от эльфа. Эльфийки от человеческих мужчин тоже, но такие случаи мне неизвестны.

— И зачем полуэльфу понадобилось создавать тебя?

— Он был ведом жаждой силы. Он хотел достичь мощи своих чистокровных предков, своего отца. Но даже за всю свою долгую жизнь — а долголетие ему досталось от эльфийской расы — он так и не смог этого сделать. Потратил всё время, но не достиг величия. Зато он хорошо познал теорию магии душ.

Книга умолкла. Я сидел, переваривая услышанное. История, рассказанная без эмоций, была историей трагедии. О вечном стремлении к недостижимому идеалу, о попытке доказать что-то отцу, которого он мог никогда и не видеть. В этом было что-то смутно знакомое. Что-то, что отзывалось в памяти этого тела глухой болью.

— Добиться идеала он не смог, но ты говоришь, что он хорошо разобрался в теории…

— Я бы сказал, что лучше него никто не смог описать то, что сказано на этих страницах.

— Но это твое субъективное мнение, — поправил я гримуар. Он задумался. Мне показалось, что в тишине я слышал тихий шорох, который, наверное, означал, что букварь хмурился и подбирал слова.

— Возможно, что так.

— Много таких, как ты? — спросил я.