Женщины и мужчины так и крутились вокруг гладиаторов, смеясь и перекидываясь комментариями, рассматривая свирепые лица, рельефные мышцы и уродливые шрамы. В Минере у зрителей не было тех возможностей, которые предоставляли частные игры. «Разве что пальцами в рот не лезут, как на торгах, — мелькнуло у Аджакти. — Хотя дамочки скорее в другое место залезть хотели бы».

Словно в ответ на его мысли, молодая женщина с живыми бабочками в высокой прическе игриво бросила грудастой подруге:

— Интересно, каков «меч» у Деревянного Меча? Действительно деревянный?

Грудастая рассмеялась, блестя бриллиантовыми вставками, украшавшими зубы:

— Скорее страшный, как его образина, и волосатый, как его папаша-тролль.

— И такой же огромный! — прибавила девушка с позолоченным лицом, делая испуганные глаза и приобнимая подруг за плечи.

Аджакти стоял с каменной мордой, пялясь в воздух прямо перед собой. С гостями разговаривать гладиаторам было запрещено — разрешалось только отвечать на прямой вопрос.

— Поговаривают, — спутник позолоченной решил внести в обсуждение свою лепту, — этот обесчещенный — сам Ягуар, вернувшийся на землю в человеческом воплощении. Это, конечно, ересь, разносимая чернью. И все же… Любопытная деталь: помнится, божественному брату не составляло труда ублажать двух сестер одновременно. Потому что у него…

— Был раздвоенный лингам! — хором пропели женщины. Их глаза возбужденно заблестели.

— Пусть он покажет, — унизанный кольцами пальчик грудастой ткнул в район паха гладиатора. — Пусть докажет, Ягуар он или нет!

Аджакти не двинулся с места, не моргнул.

— Эй, — знаток божественной анатомии выступил вперед, выпячивая впалую грудь, — ты что, не слышал? Госпожа велит тебе снять схенти.

На сей раз Каю пришлось разлепить губы — прямой вопрос заслуживал прямого ответа:

— Я повинуюсь только моему господину.

Отрадно было видеть как желтоватые щеки шака налились кровью, как вылезли из орбит и без того выпуклые глаза:

— Да как ты смеешь, раб!

— Я раб, который принес присягу, — холодно заметил Аджакти, продолжая смотреть прямо сквозь настырного типа.

Дамы заахали, на них стали обращать внимание. Аджакти очень надеялся, что суета не привлечет внимание Скавра. В этот момент толпа заволновалась. Гости расступились, разошлись по краю бассейна. Разговоры затихли, мужчины согнулись в низком поклоне, женщины присели, обметая юбками мраморный пол. «Омеркан», — догадался Кай, хотя с его места видно было немного. Из дальнего конца зала донесся тягучий голос принца. Солнцеподобный пространно приветствовал гостей и приглашал всех наслаждаться вечером, яствами и предстоящим зрелищем.

— Жаль, ты не сбросил схенти, — прозвучал рядом с Аджакти знакомый голос. Слова были сказаны шепотом, но Кай чуть не подпрыгнул на месте от неожиданности. Он осторожно покосился назад, не меняя позы. — Пусть твое достоинство и не раздвоено, как у Ягуара, но уж жалкому стручку кузена Боры с ним не сравниться, — Анира появилась в поле зрения гладиатора, встав к нему спиной. Вряд ли кто-нибудь мог заподозрить, что она не поглощена речью венценосного брата. Рядом маячила черной тенью вечная Шазия — или Шада, Кай с трудом различал мтех.

— Так это был твой кузен? — шепнул он, стараясь не шевелить губами.

— Хорошо, что между нами нет сходства, а? — Анира улыбалась, хотя гладиатор не мог видеть ее лица — это выдавал голос.