|
., не помню точно. - Зато я прекрасно помню! Первые пять дней я мягко уговаривала Паголо разлюбить меня; следующие пять дней я молча слушала его. Однако по сути это был уже ответ, и довольно ясный; но вы мне так приказали, и я повиновалась; и, наконец, в течение последних пяти дней я вынуждена была говорить ему о своих обязанностях по отношению к вам; вчера, сударь, я попросила его быть снисходительным к моей слабости, а он тут же попросил меня стать его женой. - Ах, так? Ну, это меняет дело! - Наконец-то! - вырвалось у Скоццоне. - Да. А теперь, милочка, слушай меня внимательно. В течение трех первых дней после моего отъезда ты дашь понять Паголо, что любишь его, а в последующие три дня признаешься ему в любви. - Что?! И это говорите мне вы, Бенвенуто! - воскликнула Скоццоне, уязвленная слишком большим доверием своего повелителя. - Успокойся, Скоццоне. Тебе не в чем будет упрекнуть себя - ведь я сам позволяю тебе все это. - Разумеется, не в чем, - сказала Скоццоне. - Я понимаю. И все же, обиженная вашим равнодушием, я могу ответить на любовь Паголо, могу, наконец, полюбить его по-настоящему. - Это за шесть-то дней! И у тебя не хватит выдержки устоять перед соблазном каких-нибудь шесть дней? - Ну ладно. Шесть дней обещаю, только смотрите не задержитесь на седьмой! - Будь покойна, детка, я вернусь вовремя. Прощай, Скоццоне! - Прощайте, учитель, - ответила Катерина, сердясь, улыбаясь и плача одновременно. В эту минуту появились прево и граф д'Орбек. После ухода Челлини они без всякого стеснения рьяно принялись за поиски: обшарили все чердаки, погреба, простукали все стены, перевернули все вверх дном и повсюду расставили своих слуг, неумолимых, как кредиторы, нетерпеливых, как охотники. Оба друга сотни раз возвращались на одно и то же место, сотни раз обследовали одно и то же помещение - и все это с неистовым усердием судебных приставов, явившихся арестовать преступника. И вот теперь, закончив обыск, но так ничего и не обнаружив, они вышли во двор замка, красные от возбуждения. - Что ж, господа, - сказал, увидя их, Челлини, садившийся на коня, - так ничего и не нашли? Жаль! Очень жаль! Я понимаю, насколько это тяжело, - ведь у вас обоих такая нежная, чувствительная душа. Однако, несмотря на все свое сочувствие и желание вам помочь, я вынужден ехать. Разрешите проститься с вами, господа. И, если вам понадобится в мое отсутствие еще раз осмотреть замок, будьте здесь как дома, не стесняйтесь. Я распорядился, чтобы двери его были всегда открыты для вас. Поверьте, единственное, что меня утешает в вашей неудаче, - это надежда услышать по возвращении, что вы, господин прево, нашли свою милую дочь, а вы, господин д'Орбек, свою очаровательную невесту. Прощайте, господа. - Затем, обернувшись к собравшимся на крыльце подмастерьям - там были все, кроме Асканио, который, по-видимому, не хотел встречаться со своим соперником, - Бенвенуто добавил: - До свидания, дети мои! Если господин прево пожелает осмотреть замок в третий раз, не забудьте принять его, как бывшего хозяина этого дома. Сказав это, он дал коню шпоры и выехал за ворота. - Ну, теперь-то, милейший, вы убедились, какие мы с вами олухи? - спросил, обращаясь к прево, граф д'Орбек. - Если человек похитил девицу, он не поедет с королевским двором в Роморантен! Глава 6 Карл V в Фонтенбло Не без серьезных колебаний и мучительных сомнений вступил Карл V на территорию Франции. |
