— А где это, Приморская стрелка? — спросил Андрюша.

— В Приморском парке. За стадионом Кирова. Знаете?

— А-а… Знаю.

— Там замечательный закат. Мне это очень важно. Придете?

Андрюша не понял, что ей важно. Закат, что ли? Но сказал уверенно:

— Конечно, приду.

— Даже «конечно», — довольно хмыкнула Марина. — Вы мне сразу понравились. Глаза у вас хорошие.

Сергей Николаевич изумленно раскинул руки, а Андрюша спросил баском:

— А какие у меня глаза? Вы хоть помните?

— Очень редкие, — тут же ответила Марина, — темно-серые.

Сергей Николаевич только покачал головой. Мол, ну ты даешь!

— А вы мне тоже очень понравились, — вдруг сказал Андрюша.

— Спасибо, — вежливо ответила Марина и засмеялась вдруг: — А у меня какие глаза? Помните?

— Если честно, не помню. То есть я ваши глаза разглядеть не успел. Извините.

— Не извиняю. — Марина сделала вид, что обиделась. — Глаза — это единственное, что у меня есть.

— Не скажите, — утешил ее Андрюша.

— Не надо комплиментов, — заторопилась вдруг Марина, зашептала почти. — Короче. Если хотите запомнить мои глаза… В восемь вечера… На Приморской стрелке… Будете?

— Конечно, буду!

Резко взвизгнули короткие гудки, и Андрюша повесил трубку.

— Да-а-а, — сказал Сергей Николаевич и закурил. — «Стрелка» на стрелке… Очень странно.

Андрюше самому этот разговор показался очень странным. И особенно ее торопливый шепот в финале. Андрюше очень хотелось курить. «Беломора» он не купил. Не до того было. А Сергей Николаевич, раскинувшись в кресле, самозабвенно курил, думал. Андрюша втягивал в себя чужой сигаретный дым и ждал, когда Сергей Николаевич начнет «думать вместе». Но он думал один. Спросил неожиданно совсем о другом:

— И о чем же вы с Аликом говорили у сфинксов? А?

Андрюша с трудом переключился с Марины на сфинксов.

— Да ни о чем.

— Всю ночь ни о чем? — не поверил Сергей Николаевич. — Так даже с проституткой не бывает. За всю ночью даже с ней о чем-то поговорят. Иногда о самом главном. Не зря проститутки на ментов работали или на КГБ… А?

Сергей Николаевич улыбнулся. Сейчас и эта красивая улыбка не понравилась Андрюше. И сравнение с проституткой тоже очень не понравилось! И слова про КГБ.

— Да кой о чем говорили, конечно… Он меня расспрашивал. Я отвечал.

— О чем спрашивал?

— Про армию. Про войну… О чем еще? Про мои военные специальности…

— Знаю я твои специальности, — махнул рукой Сергей Николаевич. — Володя мне доложил. Редкие у тебя специальности. На любителя… А этот сфинкс не предлагал тебе работать на него? А?

— Нет, — сразу ответил Андрюша.

— Честно? — искоса прищурился Сергей Николаевич.

— Да он же в дупель был. Сам говорил, третий день на кочерге.

— Третий день? — повторил Сергей Николаевич. — Очень странно… А мне говорили, что он цистернами пьет и не пьянеет. Не заметил? А?

— Не заметил, — сразу мотнул головой Андрюша. — Со мной он точно в дупель был. — И поправился: — Почти в дупель…

— Притворялся, — улыбаясь, открыл ему тайну Сергей Николаевич. — А как вы расстались?

— Нормально.

— Встречаться договорились?

— Он мой телефон записал. Сказал, что позвонит.

— Ага! — почему-то обрадовался Сергей Николаевич. — Кстати, и мне свой телефончик запиши.